Рождественское одеяло [ЛП]

— Ну, давай же, — умоляла я. — У тебя должна быть коробка с украшениями.

Тяжелый вздох, который Ривер испустил в следующую секунду, заставил меня улыбнуться.

— Ну, ведь есть же, да? Где они?

— Чердак, — сказал он, кивая в сторону потолка позади меня.

Я проследила за его взглядом и обнаружила небольшой треугольный чердак, расположенный прямо над кроватью. Каким-то чудом я не заметила его раньше, и поймала себя на том, что удивилась, почему Ривер ничего с ним не сделал. Он не выглядел таким уж большим, по крайней мере, с этого ракурса, но этого было бы достаточно, чтобы иметь небольшую спальню, или, возможно, уголок для чтения.

Как бы то ни было, там было темно, зловеще и ни в малейшей степени не привлекательно.

Я повернулась к нему в ожидании.

— Слушай, можешь делать все, что захочешь, только оставь меня в покое.

Ривер вернулся к чтению, как будто меня там даже не было, и как бы мне не нравилась идея забраться на этот чердак без чьей-либо помощи, альтернативой было снова сесть на диван и смотреть в окно целую вечность.

Так что, пожав плечами и плюнув на все, я принялась за работу.

Знала, что Ривер наблюдает за мной. Не имело значения, что его глаза не отрывались от страниц книги, когда я поднималась по скрипучей лестнице на чердак, он наблюдал за мной. Мужчина не перевернул ни страницы, когда я взглянула на него, как только добралась до верха, и его челюсть была так сжата, будто была сделана из камня.

«Упрямый осел».

Я воспользовалась фонариком своего телефона, как только поднялась на чердак, осторожно обходя массивную паутину, которая заволокла стопки коробок, пока не нашла то, что искала. Там были две старые коробки, разваливающиеся и трескающиеся по краям, но на обеих была едва заметная надпись «Рождество».

Я победно улыбнулась.

По крайней мере, до тех пор, пока не поняла, что должна найти способ спустить их вниз.

Я закусила губу, поднимая каждую коробку, чтобы проверить вес, прежде чем посмотреть вниз на лестницу, а затем снова на каждую коробку.

Когда взглянула на Ривера, он посмотрел на меня.

— О, ради Христа, — проворчал он, хлопая книгой по столу, используя его, как закладку, точно так же, как это было, когда я впервые вошла. Затем протопал к подножию лестницы и поднялся на несколько ступенек, протягивая ко мне руки.

— Давай их сюда.

Я хотела вскинуть кулак вверх в знак победы, но знала, что уже испытываю его терпение, поэтому просто молча передала каждую коробку с улыбкой, на которую Ривер не ответил.

Как только коробки оказались на полу, Ривер вернулся за стол и снова уткнулся носом в книгу.

Я подтащила каждую коробку поближе к елке, улучив момент, чтобы согреть руки у огня. Лось снова встал и разволновался, виляя хвостом и обнюхивая коробки. Я долго смотрела на него с улыбкой, прежде чем открыла первую.

Когда это сделала, я потерял способность дышать.

Не уверена, что я ожидала там увидеть. Может быть, какие-нибудь гирлянды, украшения, праздничные безделушки из магазина «Все за доллар» в городе. Возможно, я думала, что найду какой-нибудь старый рождественский декор, который Ривер нашел на дворовой распродаже. И, возможно, какой-то части меня было любопытно посмотреть, какой декор он выбрал, когда меня не было рядом.