Издержки профессии (СИ)
- Автор: Ginger_Elle
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Издержки профессии (СИ)». Краткое содержание книги:
Ассистентка, как всегда, оказалась права.
Сначала они искали место: Воскресенский требовал, чтобы модель ложился то тут, то там, перекладывая его из одного скопления цветов в другое. То ему не нравилось, что конкретно на этом куске цветов было мало, а на другом слишком много («Это уже ненатурально смотрится!»), то там не было васильков, то наросло лишних ромашек. Они перебрали уже с десяток мест, но придирчивого фотографа постоянно что-нибудь не устраивало, к тому же была середина лета, отчего трава во многих местах была не сочно-зелёной, а слегка желтоватой и рыжеватой. Такое сразу отбраковывалось.
Макс носился за Воскресенским по всему полю, ложился, вставал, снова бежал и минут через десять уже взмок и запыхался. День выдался жарким, и из-за недавних дождей воздух был как в бане: горячий, влажный, тяжёлый, насыщенный земляными и цветочными запахами. К тому же надо было постоянно отмахиваться от назойливых насекомых: слепней и оводов было очень много. Соня вообще в ужасе закрылась от них в машине и сказала, что никуда не выйдет. Репелленты, действовавшие на комаров и мух, на этих тварей не оказывали никакого эффекта.
Наконец три потенциальных места для съемки были определены. Над первым установили аппаратуру, а Макса подкрасили, переодели в обтягивающую светло-голубую футболку и указали его будущее местоположение. Едва он опустился на траву, как тут же вскочил обратно: до этого он из-за слепней оставался в плотной рубашке и в ней ложился без проблем, но через тонкую ткань футболки в спину сразу впились десятки острых подсохших травинок.
Он тут же опустился назад, зная, что Воскресенский будет недоволен, но под его весом при каждом шевелении ломались всё новые травинки, а старые продолжали колоть и царапать кожу.
«Терпи! – приказал он себе, не дожидаясь, пока это ему скажет фотограф. – Две минуты. Терпи!»
- Почему вертишься? – рявкнул Воскресенский из-за камеры. – Что за конвульсии?!
- Колется, - объяснил Макс, закидывая руки за голову, как было указано в описании сюжета.
- А кому сейчас легко, - хмыкнул Воскресенский, отмахиваясь от слепней.
Лоб у него был уже влажным от пота. Фотограф даже в такую жару оставался в водолазке, и Макс, присмотревшись, заметил, что под ней проступает что-то на самом деле напоминающее повязки, причём не только на рёбрах и животе – на руках тоже и даже на шее с одной стороны. Максу, конечно, было любопытно.
Съемка началась, но модели лежать спокойно было очень тяжело. Его не только трава колола – ещё и чёртовы мухи постоянно пытались покусать. Воскресенский, поначалу делавший замечания довольно лениво, вскоре разошёлся и опять начал орать.
Потом они переместились на другой пятачок и экзекуция продолжилась, потом на третий. У Макса вся спина огнём горела. Руки тоже пощипывало, но не так сильно. Из-за жжения было очень тяжело сосредоточиться на съёмке и сохранять блаженное выражение лица.
- Ну и рожа! – неистовствовал Воскресенский. – Тебя как будто стошнит сейчас! Сделай нормальное лицо. И держи его, держи! Нет, не такое!
- А какое? – сквозь зубы спрашивал парень.
- Ты модель или я? Какое-какое? Сейчас самодовольное, а должно быть просто довольное, спокойное. А сейчас на дебила похож… Слюну ещё пусти! Соня, он, может, правда умственно отсталый, а?
Соня отбивалась от слепней и вообще не обращала на фотографа внимания.
- Ну вот теперь более-менее. Так, не меняем выражения!
И тут Макс подскочил.
- Куда?! – заорал Воскресенский. – Куда, идиот?! Можешь ты полежать три секунды спокойно?!
- Мне под футболку кто-то заполз! Кусается!
- О, господи!.. Что за наказание с ним!
Макс сел, задрал футболку и пытался вытряхнуть оттуда насекомое, оказавшееся каким-то маленьким и шустрым, вроде муравья. Соня подбежала к парню и стала помогать.
- Точно, муравей! Здоровый какой!.. – воскликнула ассистентка.
- И ты туда же, - Воскресенский вытер со лба пот. – Сколько нам ещё с этой деревенщиной мучиться? Соня, я тебя спрашиваю! Сколько сессий ещё?
- Пять, плюс розы переснимать придётся.
- Значит, шесть. Ещё шесть сессий с этим недоумком!
Макс, у которого терпение тоже уже лопнуло, выпалил:
- Я тоже жду не дождусь, когда всё это кончится! Думаете, с вами кому-то приятно работать?!
Воскресенский удивлённо поднял бровь, видимо, не ожидая, что кто-то осмелится ему возражать:
- Так, мальчик, ты здесь всех, а меня в первую очередь, достал своим непрофессионализмом! Я тут, чтобы снимать, а не делать тебе приятно! И я, в отличие от тебя, свою работу знаю. Так что заткнись и слушай, что взрослые говорят.
Макс ничего не ответил и лёг обратно на траву, глядя в небо злыми глазами. Фотограф вернулся к камере, но, сделав два кадра, заявил:
- Нет, хватит! Это просто невозможно. Складываемся и уезжаем. И если окажется, что рабочих кадров нет – а их, скорее всего, нет – мы знаем, кто сорвал сегодняшний сет. Я лично позвоню Гартману и сообщу о том, как его модели работают.
«Звони-звони, - злорадно подумал Макс, поднимаясь с травы. – Хоть пять раз звони!»
Но в глубине души ему, конечно, было немного страшновато: вдруг эта фотосессия на самом деле провалилась и хороших кадров не будет. Он снял футболку, потому что ощущение, что по спине кто-то ползает, до сих пор не оставляло.
- Ви, у него вся спина в царапинах и руки тоже. Ты посмотри! – сказала Соня, но если Макс надеялся, что она ему посочувствовала, то зря, так как Соня тут же добавила: - Мы же завтра в бассейне снимать хотели.
Воскресенский пожал плечами:
- Мы не со спины его будем снимать.
Тем не менее он подошёл к Максу:
- Дай гляну.
Он взял парня за плечи, чтобы развернуть спиной к свету, отчего Макс сдавленно зашипел, и потрогал кожу в нескольких местах. Прикосновения были не грубыми, чего Макс боялся, а наоборот, очень осторожными, нежными, даже успокаивающими.
- Ерунда, мелкие царапины да парочка укусов - заживёт через два дня. Меньше надо было вертеться.
На обратном пути Макс принимал на переднем сиденье сониного «Лансера» позы одна изощреннее другой, чтобы уменьшить площадь соприкосновения спины и сиденья. Он понимал, что на спине действительно всего лишь мелкие ссадины и царапины, пусть и много, но драло от них так, что ой-ой-ой. Почти как пилинг.
- Соня, ты как думаешь, рабочих кадров правда не будет? – спросил он ассистентку.
- Может, и будут. Посмотрим. Он разозлился просто. А тебя, кстати, кто за язык тянул?
- Да выбешивает этот псих! Я и так терплю изо вех сил. Я не йог, чтобы на иголках лежать и улыбаться. Попробовал бы он сам туда лечь. Его что, все терпят? Ну, другие модели?
- Вообще-то да. Ви достаточно слово сказать, чтобы карьеру модели разрушить. И наоборот – он может так снять, что спрос и гонорары в десятки раз вырастут. Так что все молчат и радуются. Но ты, как я поняла, дальнейшей карьерой не особо озабочен.
- Ну да, я не собираюсь этим заниматься всерьёз. Это так…
- Снимали бы мы в Москве, он бы тебя уже после той истории с чашкой выгнал. А тут у него вариантов других нет, так что придётся тебе пострадать во имя искусства.
- А почему он тут снимает?
Соня вздохнула:
- Много причин. Контракт очень выгодный. Он для этого «Серебряного листа» уже снял похожую серию, только с женщиной. В Португалии снимали… Красота! Получилась очень удачная кампания, они и захотели ещё того же типа, только с мужчиной. Но вторую серию уже вклинивать особо некуда было - у Ви всё на год вперёд расписано, поэтому решили у вас снимать, раз уж он всё равно тут будет жить.
- Зачем ему тут жить? – осторожно поинтересовался Макс. Ассистентка немного нахмурилась, словно думая, рассказывать или нет.
- Он в «Вишнёвом саде» на лечении, - наконец сказала она.
«Вишнёвый сад» (хотя у Макса название после прочтения в школе пьесы Чехова почему-то больше ассоциировалось с психушкой) был крупной клиникой пластической хирургии. Врачи там работали очень квалифицированные, уровень оказания услуг был одним из лучших в России, а цены по-провинциальному гуманными, так что клиенты ехали в основном из Москвы. Можно сказать, что валом валили. Поблизости от «Сада» даже две гостиницы построили – такое там было хлебное место.