Стамбульский ребус

— А может… — он поднял голову от бумаги. — Может, нам стоит проверить фургон внутри? Если Омер с братьями — убийцы, то они перевозили тела в этой машине.

На самом деле он был прав: фургон следовало осмотреть еще раз — это был единственный способ установить виновность Омера или его непричастность. Но для этого нам требовался ордер от прокуратуры. У нас, кстати, официального разрешения на анализ ножа не было. Но если в таких серьезных вопросах следовать всем правилам и стандартным процедурам, то это займет целую вечность и мы можем упустить самое важное. Получить разрешение от прокуратуры можно было и утром, а тесты провести по горячим следам. Но Зейнеп не могла проверить фургон в одиночку — нужна была команда. А это означало, что расследование затягивается и возни не оберешься. Значит, фургон мы сможем осмотреть только утром.

— Кстати, куда вы его дели? — спросил я у Зейнеп, которая так и не присела. — Надеюсь, он в безопасном месте и до него никто не доберется?

— Не доберется, не переживайте, инспектор, — заверила она охрипшим от усталости голосом. — Фургон на стоянке участка. Ключи у меня.

— Отлично. Пока никто не заметил, положи-ка этот нож обратно в фургон — туда, откуда мы его взяли.

Ее измученное лицо вдруг просияло — она посмотрела с хитрецой:

— Хорошо, инспектор.

— А утром первым делом надо будет получить ордер на обыск и сразу же проверим и фургон, и… нож.

— Угу. Как только выцепим разрешение, бригада возьмется за дело. — Она сделала паузу и глубоко вздохнула. — Похоже, работка не из легких будет. Там в холодильнике все в крови…

Видимо, это кровь животных. И в этих кровавых реках мы должны каким-то образом найти и идентифицировать человеческую кровь.

— А разве есть другое решение, Зейнеп? — развел я руками. — Не исключено, что разгадка прячется как раз там.

Из моих слов Али понял, что надежда признать Омера убийцей все еще есть, и его лицо просияло.

Я предупредил Зейнеп:

— Утром собери отличную бригаду. Если понадобится, бери всех из лаборатории. И чтоб никаких оправданий. В нашем отделе это сейчас приоритетное дело. Если кто-то не захочет — сразу записывай имена. Я сам с ними поговорю.

Зейнеп решительно закивала.

— Не беспокойтесь, инспектор, — сказала она. — Если в фургоне есть хоть капля человеческой крови, мы ее обязательно найдем.

— Нет, Зейнеп, ты искать ничего не будешь. С фургоном пусть разбирается спецкоманда. Назначь кого-нибудь из них главным. В этом деле ты будешь заниматься кое-чем поважнее. Ты мне нужна здесь. Потому что в любой момент мы можем столкнуться с неожиданностями.