Искаженная спираль

— Да, Цунаде–тян, абсолютно серьезно. Но не настаиваю. Спросила чего мне желается — я и ответил, остальное дело твое, — мудро–коварно кивнул я. — Ну а насчет церемониала. Ну сами смотрите, вот приперся на совет мальчишка Удзумаки. Да, что–то умеет, но оделся по моде трехсотлетней, а то и более давности. Чуть ли не церемоннее дайме, на которого и то, с улыбкой смотрят. Вот только перьев в заднице не хватает, — что вызвало гыгыки собеседников.

— Ты хочешь сказать, что образ подобрал для создания недалекого, помешанного на науке и додревней эпохе мальчишки? — дошло до чешуйчатого жирафа.

— Нет, почтенный Хокаге–доно, а сасимоно в зад, к моему великому прискорбию, не смог упихать, не влез, — чопорно–ехидно ответствовал я.

— А вышло–то и правда так, что не подкопаешься, — задумчиво протянула Цу, — ты, Пружинка, тот еще лицедей, но сделал–то все так, что в какой бы то ни было политической силе или интригах тебя никто и не заподозрит.

— Вот, Цунаде–кун. И тебе, кстати, советовал бы почаще орать погромче, да по мордам стучать, вне госпиталя и медицины, конечно. Не воспринимают всерьез — значит мало того, что не интригуют, так еще и не опасаются. Более того, могут в свою какую интригу попытаться вовлечь, свои планы раскрыв, «глупца» не опасаясь.

— Оро–кун, а ты точно змей? Может Пружинку–куна теперь так называть приличествует?

— И не знаю даже, Цуна–тян, возможно что и так.

— Почтенные глумливые Санины, а по делу то у нас есть о чем поговорить? Хотя, пока не забыл, — распечатал на стол Хокаге пакет, — триста миллионов, владей, Орочимару–кун.

— Да, я завтра занесу, — вспомнила Сенджу.

— Благодарю, — кивнул Орыч, — у самих–то планы какие?

— За госпиталь примусь, инвентаризация, проверю потихоньку соответствие званиям медиков, — отчиталась Цунаде.

— До обеда строю барьер, в обед по твоему, Хокаге–доно приглашению, в Башне, торжественный расчет с бескорыстным Удзумаки при свидетелях, — обменялся с Орычем ехидными взглядами. — Ну и до совета, наверное, займусь сверкой библиотеки Хокаге, возможно что сперли или подменили под шумок, — змеетень понимающе кивнул.

— А мне пока остается только служащих проверять, в надежности уверенности нет и не сделаю ничего, — просветил нас Орыч.

— Кстати, если будешь вызывать по одному, на, — протянул Змеетню две пластинки, — одну под сиденье кресла прикрепи, вторую под рукой держи. Три кандзи пластинка демонстрирует: «правда», «ложь» и «сомнение». С первыми и так ясно, а последняя, по разговору ясно будет, если, например, не уверен собеседник в словах, не до конца знает, только догадывается… Ну ты понял, я думаю, — Орыч благодарно кивнул, пластины принял и заверил что лепет мой понял. — И Цунаде–кун, я двух медиков завтра в госпиталь направлю, как мы и договаривались, примешь?