Упрямый доходяга

— Вы же можете покинуть тело, шеф, — наконец, подал голос я, — Почему не сделали это? Почему не убили?

— А кто тебе сказал, что я пришёл тебя убивать? — спокойно спросил мертвец со стены.

— А что еще со мной можно сделать? — хмыкнул я, — Выкуп взять? Уговорить сотрудничать? Нееет, я думаю, что только убить. Правда, хотелось бы знать, почему не убили… ну и по какой причине собирались, чего уж там. Расскажете?

— Я расскажу тебе всё, — кивнул пришпиленный шериф, — если мы договоримся.

— И что меня должно сподвигнуть согласиться с вами, вместо того чтобы вызвать Ахиола, спихнув с моей маленькой больной головы все на его здоровую?

— Карман плаща. Левый. Достань сверток аккуратно. Это в твоих интересах.

Сверток был довольно увесистый, а содержал… Я с некоторой брезгливостью потыкал пальцем в пять почти одинаковых кусков хрупкой серой кости, покрытой слоем слизи.

— Что это?

— Куски черепов с левой глазницей. Гомункулов, посланных за твоей дочерью, кид. Ты наверняка знаешь, почему я не взял у них уши или что-то другое. Они…

— …быстро разлагаются, — упавшим голосом констатировал я.

Синие светящиеся шары, заменяющие нежити глаза, вспыхнули как никогда ярко:

— Поговорим?

***

Через десяток часов я сидел в «Теплом приюте» и пил местный самогон, торжественно называемый окружающими «виски». Распухшая голова отчаянно нуждалась в свободном месте, а алкоголь, пусть и крепкий, хорошо этому способствовал. Сейчас я уже знал всю подоплеку происшедшего, от чего на душе было довольно пустовато — распутать такое смог бы разве что знаменитый герой Конан Дойля, либо человек, способный причинять другим боль. У меня же такой шикарной возможности не было.

Теперь предстояло еще одно дельце. Точка, которую меня вынуждают поставить. Именно меня, моими собственными руками.

Являясь продуктом другой культуры и эпохи, я привык доверять специалистам. Оснащенным, обученным, знающим, что следует делать. Пожарникам, полиции, преподавателям… врачам. Под конец этой самой жизни пришло откровение, что эта вера… гипертрофирована. За маской профессионала всегда скрывается человек, которому просто может не быть дела. А затем пришло осознание, что это нормально. Не стоит возлагать на других ожиданий больше, чем сам готов предоставить человечеству.

Герои… их нет. Истории, в которых народ возносил героя на вершину своими собственными руками — раз-два и обчелся. Чаще всего их создают из удачно подвернувшегося материала, питая мораль, чувство локтя, патриотизм. Питая то, что позволяло даже мне доверять профессионалам. Большинство легенд — лишь удобная и нужная кому-то ложь.

Заглотнув остатки в стакане, я пошёл к Зальцеру за повтором.

— Тяжелый день, мастер Криггс? — с полуулыбкой спросил полугоблин, наливая пойло.