Некроманты Поляриса. Дилогия [Компиляция]

– Вот ведь упрямец, – восхитилась‑посетовала я и огляделась.

В центре зала, на высоком пьедестале, в свете магических всполохов и еле слышного гудения завис куб. Артефакту придали форму правильного четырехмерного политопа, и даже издали он казался бесконечно прекрасным и сложным для понимания.

БАМ! – повторил попытку штурма рогатый.

Зеленое мерцание настойчиво молило приблизиться. Я словно чувствовала биение его граней, которое почему‑то синхронизировалось с ровными ударами моего собственного глупого сердца.

БАМ! БАМ! БАМ! – продолжил лобовую атаку результат чьего‑то креатива.

А потом я совершила самую серьезную ошибку в своей жизни. Я протянула руку и, завороженно глядя вглубь артефакта, пошла ему навстречу.

Если бы в этот момент мне на глаза попалась методичка «50 правил некроманта», я пролистала ее до седьмой страницы и нашла зловещий пункт 13, то знала бы, что непосвященному в род Праймус лучше не приближаться к семейному артефакту, возникшему вместе с замком «Когти ворона».

Видите ли, статистические данные твердили, что обычно такие попытки заканчивались весьма плачевно – свадьбой или кардинальным развоплощением.

И тут ещё надо крепко подумать, какой из вариантов хуже.

А если бы я заглянула по сноске в приложение номер 3, то узнала бы, что, по наблюдениям местного дворецкого Уинслоу, самый популярный способ рассыпаться на молекулы – это «бульк». Чуть реже случался «ба‑бах!» (всего – то три раза и было), дважды фиксировались случаи «пф‑ф» и одно глобальное «шмяк». Но в любом случае кровищи было много.

Увы, но методичка «50 правил некроманта» ещё не попала ко мне в руки, инстинкт самосохранения оказался убаюкан зеленоватым сиянием артефакта, а жажда приключений возбужденно кричала: «давай же скорее облапаем эту хреновину».

Козла сменили крики встревоженных людей, которые тоже мечтали прорваться в зал, но я не придала этому значения. Ладонь вошла в зеленоватое свечение артефакта и дотронулась до грани.

– Кейт, стой! – в зал таки прорвались люди, возглавляемые бледным и прихрамывающим Данте Праймус.

Никакого «бульк – ба‑бах! – пф‑ф – шмяк» не случилось. Уши не свернулись от звука свадебных колоколов. Впрочем, похоронный марш тоже не прозвучал.

Зеленоватое сияние просто окружило тело, впиталось в каждую безропотную клетку и дернуло к себе.