Ева. Крепость

– Аня, сейчас тебя отвезут в клинику, там у нас есть специальные палаты, в которых лежат девушки с подобными проблемами, что и у тебя. Не переживай, мы сделаем все, чтобы и с тобой, и с ребенком все было в порядке. Это просто меры предосторожности.

– Ева, собери для Ани все необходимое на первое время. Средства гигиены, домашнюю одежду, сменное белье, – сказала мне Наталья.

Если с подругой что-нибудь случиться я никогда себе не прощу. Уверена, что вчера Аня сильно перенервничала и может быть даже, и хотела принять потом успокоительное, только при мне же выкинула все капсулы до единой. А теперь малыш… Надо взять себя в руки, не стоит сейчас и мне попадать в одну палату с ней.

– Ульяна, можно поехать с вами? Ну, не знаю, помочь там ей устроиться, – спросила я врача, когда собрала сумку для Ани.

– Нет, не стоит. Сейчас я дала ей кое-какие препараты, и она уже засыпает. Это чтобы боль ушла, и не открылось кровотечение. В любом случае, мы сейчас ее на носилках перевезем в клинику, и там она проспит около двух-трех часов. Ева, если хочешь придти к ней, то ближе к вечеру, часа в три-четыре.

– А что мне делать до этого времени? Я же с ума сойду от беспокойства!

– Не волнуйся! Самое страшное позади. Успели вовремя. В клинике мы за ней присмотрим, дадим ей витаминов. У нас на сохранении еще две девушки, так что скучно ей не будет. Приходи после обеда, посещения до семи вечера.

Дальше появились четыре женщины и, переложив Анюту на носилки-автомат с дистанционным управлением, увезли подругу из моей комнаты. Наталья ушла вместе с ними. И что теперь делать? Я села на стул и стала осматриваться по сторонам. Может прибраться? Никогда не любила это занятие. Но нужно чем-то занять свои руки и мысли.

– Поговорим? – раздался голос куратора, и я обернулась к двери.

– Думала, что вы ушли. Конечно, проходите. Ничего, что я еще не умытая? Надеюсь, не сильно смущает мой вид?

Наталья ничего не ответила, просто улыбнулась и, заперев дверь, вошла в комнату.

– Может на кухню? – предложила я. – Чай? Сок?

– Чай, если можно, – Наталья говорила доброжелательно, но было видно, что сильно нервничает.

– Что-то с Аней? Вы просто не хотите меня расстраивать?

– Нет, наш разговор никак не связан с самочувствием твоей подруги. Я хочу поговорить об Убежище.

Чашка выпала у меня из рук и разбилась о край раковины. Может быть, стоило сделать вид, что я не понимаю, о чем она говорит, но я крайне плохо вру.

– Вы знаете? То есть, я хотела спросить, что вы знаете?

– Только то, что видела тебя своими глазами в Убежище несколько дней назад.

– Это значит, что вы тоже среди них?

Наталья кивнула, а я была крайне удивлена.

– Почему? Как? – спросила я.

– Что как? Как я узнала об Убежище?

– Да.

– Знаешь, тяжело любить, а затем расставаться с любимым, но еще сложнее наблюдать за любящими людьми и знать, что у тебя этого больше не будет. Да, и то, что было, ты не помнишь. Вот наблюдаешь за парами и мечтаешь, а потом и сама не замечаешь, как начинаешь завидовать. Иногда я даже заочно влюблялась в партнеров своих подопечных, молодых, красивых и недоступных для меня. Через некоторое время я поняла, что мой характер начал портиться. Это проявлялось во всем, особенно в моем отношении к работе и к самим девушкам. Сама знаешь, работу в Крепости поменять практически невозможно, мне казалось, что оставалось одно решение – смириться. Но судьба решила, что есть и другой выход. Однажды мне не спалось, и я, несмотря на комендантский час, вышла на улицу подышать воздухом и случайно увидела, как одна из моих соседок с нижнего этажа, озираясь по сторонам, отправилась в сторону леса. Мы были мало знакомы с ней, поэтому я не решилась ее окликнуть и спросить, куда она направляется, а меня она не увидела. Весь вечер потом я пыталась разгадать тайну соседки, но на ум ничего не приходило. На следующий день я караулила ее возле подъезда, на улице было прохладно и пришлось прождать несколько часов, но решила, во что бы то ни стало узнать правду, а для начала нужно было только дождаться Елену. Я была уверена, она снова совершит вылазку из дома. Так и произошло.