![Попаданец Павлик Морозов I [с иллюстрациями] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/2/4/7/4/popadanec-pavlik-morozov-i-s-illyustraciyami-download.jpg)
Попаданец Павлик Морозов I [с иллюстрациями]
- Автор: Круковер Владимир Исаевич
- Серия: Попаданец Павлик Морозов #1
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Попаданец Павлик Морозов I [с иллюстрациями]». Краткое содержание книги:
«1932 года 3 сентября погибши от злова человека от острого ножа два брата Морозовы — Павел Трофимович, рождённый в 1918 году, и Фёдор Трофимович».
От автора:
Работа над романом идет вживую, выкладываю уже написанное. Все герои, кроме ожившего Павлика, все приметы времени документальны, сверены с историческими источниками. Первые главы переполнены ссылками, в дальнейшем повествование станет динамичней.
Если Крупская любила кофе «в мельхиоровом кофейнике», а официант в «Националь» говорил: «Придержите крышечку», то так и было по записям очевидцев. Это так же верно, как и то, что «Ленин приехал из Германии в запломбированном вагоне вместе с любовницей Инессой Фёдоровной Арманд» и потом они жили втроем: Володичка, Агнес и Надечка…
В общем-то происшествие по нынешним временам было обычное: бригадир, ощущая себя большим начальником, оборзел и поднял хвост на меня, на Павла Морозова, который с Крупской вась-вась и к самому товарищу Сталину вхож. А Павел Морозов проявил не свойственную тертому калачу Шереметьеву горячность и прострелил ему ногу.
Все началось с того, что матушка (никак не могу назвать её мамой — мама у меня одна была в первой жизни, нежная, заботливая, интеллигентная) пожаловалась на бригадира доярок: мол держит свою корову в колхозном коровнике и скармливает ей общественное сено. И председатель знает, но молчит, так как родня — сводные братья.
Обычное дело в деревне — кумовство. Но тут семью обидели, следует поставить на место. Этот колхоз, кстати, славился именно молочной продукцией, можно сказать образцовый колхоз под Москвой. В сельском хозяйстве этого времени был явное напряжение с коровами. Многие, поддавшись пропаганде кулаков, порезали коров при вступлении в колхозы; порезали всех, до последней.
А между тем после вступления в колхоз каждой семье разрешалось держать одну корову. В голодную зиму корова с ее молоком и сметаной, сливочным маслом и простоквашей спасла бы от голодной смерти.
Но кормилец порезали. Число коров в СССР сократилось с 26 миллионов к началу 1930 года до 19 миллионов к началу 1933. Еще больше, чем коров, порезали волов и лошадей, что сказалось на качестве посевной в 1932 году.
Все это я краем уха (или краем глаза) где-то слышал или читал. Но к этому колхозу как раз нареканий не было, специально узнавал у Крупской. Ну, а блат среди людей возник, наверное, еще в первобытнообщинном строе. Тем ни менее утром пошел разбираться.
Пошел, естественно, к председателю. Тот был с явного похмелья, не сразу понял кто перед ним, постучал по стене, призывая в помощь участкового, который тоже работал в сельсовете. Милиционер попахивал, но не так сильно, как председатель. И сразу запросил мандат.
— Вот взгляни, — добродушно сказал я, — пропуск. Читать умеешь? Тут написано, что я — Морозов Павел Трофимович имею право свободного прохода на территорию Кремля и в жилые правительственные помещения. Понимаешь. Где товарищ Сталин живет? Правильно, в Кремле. И вот я — доверенное лицо товарища Сталина, поскольку могу в любое время к нему зайти. Теперь понимаешь?
— А, так ты сынок Таньки Морозовой! Пионер-герой, о котором в газете писали?
— Ну да.
— Это геройский пионер, сынок Таньки Морозовой, доярки, — пояснил милиционер председателю.
— И че ему надо? — Председатель потер ладонями лицо. — Мы семье Морозовых все, как положено, выделили. Избу, скотину, работу — все. Трудодни хорошие начисляем, ага.
— Непорядок! — сказал я строго. — Непорядок у вас в коровнике. Бригадир свою корову на казенном коште держит.
— А ты, вюнош, в городе живешь? — заметно протрезвел председатель. Адреналин — он трезвит. — Учишься, али работаешь.
— И учусь, и работаю, — ответил я. — Работаю внештатным уполномоченным в Московском ГПУ, бывшей чрезвычайки.
— У него свободный пропуск к товарищу Сталину! — подсуетился участковый.
— Накажем! — вскочил председатель. — Коровку уберем, из трудодней вычтем. Все сделаем.
— И оставите в бригадирах? — вкрадчиво спросил я.
— Никак нет! — быстро сообразил мужик. Не зря его в председателях держат. — Уберем, уволим. Вашу матушку поставим бригадирить, она в коровках очень-на разбирается.
— Молодцы! — сказал я. — Так и доложу в Кремле, что вы тут все молодцы.
Пошел, обрадовал матушку. Пацанам подарил по перочинному ножу — вчера устал, просто сунул Татьяне узел с продуктами, сказал:
— Тут мука, масло, сахар, соль, крахмал, всего набрал. Во втором узле материя, пошьете себе чего, обувка братьям и тебе боты теплые.
Мать всплеснула руками:
— И гдей-то я туточки в ботах ходить буду, как городская…
Ну вот, поделился новостью о неожиданном бригадирстве. Да и засобирался домой. Как-то не пришлась мне деревня после Артека, зря надеялся отдохнуть среди клопов и прусаков желтых. И какая уже речка да рыбалка, подмораживает по ночам, скоро снег все покроет.
— Матушка, председатель сказал, что скоро машина в город пойдет, я напросился с ней уехать. Дела у меня в Москве, учеба.
— Не успел приехать… — Татьяна Семеновна махнула рукой. — Хоть провожу.
Не успели выйти из хаты, как узрели кряжистого мужичка в полушубке и с дрыном в руках.
— Бригадир! — ойкнула матушка.
Мужик увидел нас и взревел по-медвежьи: