Игрушка темного принца

А вот Кивана не было… Ничего, он встретится с Фридрихом на том свете.

В том, что застала похороны австрийского зануды, я уже не сомневалась. Неужели его раскрыли? Неужели сами убили, а теперь так лицемерно, торжественно хоронят, как «брата»?

Слава богу, этот спектакль не видит Андрей! Он бы разнес эту балахонистую толпу в клочья. Мне и самой, хоть я ни разу не виделась с Фридрихом, хотелось броситься с воплем на омерзительную компанию.

Что ж… Старушка права. Я действительно опоздала.

Слева от кладбища виднелось широкое поле, заросшее в нескольких точках диким кустарником. За ним вдалеке сверкали огни небольших строений. Еще одно поселение? Если добраться туда незамеченной, есть шанс найти зачарованный порог или хотя бы напроситься на ночлег в тепле и сытости. В животе предательски урчало: из-за волнения я почти ничего не съела с того подноса.

До поля, а потом и до поселения еще надо как-то добраться… Я бочком отпрыгнула в сторону, перебежала до следующих кустов и затаила дыхание, прижавшись лбом к очередному дереву. Никто меня не замечал: Лукас громко произносил церемонную речь, «братья», раскачиваясь, тихо ему подвывали.

На нос упала первая капля, и я обреченно закрыла глаза, признавая, что я ловушке. На кладбище. И окружена арканами.

Шумно вздохнув, я придирчиво осмотрела темную опушку в поисках следующего укрытия на пути к полю… И увидела застывшую фигуру. Он не шевелился. Вообще. Вероятно, даже не дышал.

Под мощным, раскидистым дубом стоял Демон. Мой Демон. С нервно искрящимся жезлом, стиснутым в белом кулаке. С яростью на лице, с растрепанными волосами и плотно сжатыми губами. Этот величественный дуб и аристократический профиль отрекшегося князя на секунду навели на мысли о незабвенной русской классике. А потом я поняла: еще пара секунд, и он кинется в эту толпу. Отомстит за друга и воплотит в жизнь мои недавние желания… Столько, сколько успеет.

Но прошла минута. А за ней – вторая. За это время на мой нос упало еще пять капель. А Демон все так же стоял – неподвижно, молча, застыв каменным изваянием, сбрасывая искры с жезла на темную траву. Но вот он сжал кулак сильнее, палочка засияла ярче… Я притулилась щекой к коре и тихонько ахнула, готовая от ужаса упасть в обморок. Они ведь его убьют…

Карпов резко повернул голову ко мне. Изумился, выдохнул. И, сменив избранное ранее направление, подлетел к моему щуплому – в сравнении с его дубом – ясеню. Темная тень нависла надо мной грозовой тучей, холодная лапа требовательно опустилась на плечо и вжала меня в ствол.

– Ты совсем спятила, Анна? – прошипело чудовище, окатив щеки крепкими алкогольными парами.

– Андрей… – растерянно прошептала в перекошенную от гнева физиономию. Не удержалась и провела подрагивающими пальцами по его белой острой скуле, чуть подпорченной недавним шрамом.