Польско-литовская интервенция в России и русское общество

Это проливает дополнительный свет на мотивы, побуждавшие собравшихся в Москве детей боярских принять решение об избрании Владислава и одновременно упорно настаивать на том, чтобы по заключенному договору польская сторона взяла на себя обязательство вывести войска из западных уездов Русского государства и в то же время направить свою армию против «вора». Разумеется, они хотели сохранить за собой (или даже — вернуть) свои земельные владения, но эти владения должны были остаться в составе Русского государства. Как представляется, «дворяне из городов» вошли в таком большом количестве в состав посольства, чтобы проследить за тем, чтобы в текст окончательного договора об избрании Владислава были внесены именно эти обязательства.

Кто же были эти представители «городов»? Определенный ответ на этот вопрос дает сравнение с недавно изданным списком выборных дворян 1606–1607 гг.[802] Представители девяти «городов» в составе посольства (Волхов, Верея, Калуга, Кашин, Козельск, Лихвин, Мещовск, Рязань, Серпейск) уже в 1606–1607 гг. были «выборными дворянами» с высокими поместными окладами от 450 до 600 четвертей[803]. Несомненно, эти люди принадлежали к верхушке местных дворянских корпораций, хотя в ряде случаев, как, например, представитель Калуги Иван Кузьмич Бегичев, они представляли интересы лишь той части дворянской корпорации, которая не подчинилась Лжедмитрию II. К этой местной дворянской верхушке следует отнести и ряд представителей «городов», у которых в боярском списке 1606–1607 гг. обнаруживаются близкие родственники или однородны (Тула, Белев, один из представителей Серпейска, Алексин).