Электронная книга - «История шпионажа. Том 2». Краткое содержание книги:
Пока арестованный томился в камере гестапо, Гискес ходил его навещать. Лейтенанту было 25 лет, он был настолько щуплым, что при высадке с парашютом пришлось утяжелить его вес куском свинца, а то бы он так и парил в воздухе как ангел. Гестаповцы не пытали его, а мучили непрерывными допросами при ярком свете ламп. Довели его до кондиции и сдали Гискесу.
У этого специалиста были свои отработанные методы. После пыточной камеры радист оказался в тиши оазиса, где перед ним предстал Гискес в образе архангела. Согласился юноша, но надеялся, что, не сделав ошибки в тексте, он предупредит своих, что находится под контролем, и те воздержатся от засылки других радистов.
На следующий день Гискес привел его в домик, где был готов передатчик. Там же находился арестованный вместе с Лауэрсом партизан Теллер. Гискес включил аппарат. Теперь радисту надо было назвать свои позывные: RLS 16, 72, и повторить еще раз. Радист надел наушники и стал искать частотный канал. Гискес взял его за руку и металлическим голосом приказал: «Не забудьте дать проверочный сигнал — сделать ошибку!» Лауэре похолодел: отказаться — значит, завтра расстреляют, — и обмануть Гискеса нельзя, так как завтра англичане не ответят на вызов. Его условленная ошибка была в прерывании сигнала каждые шестнадцать букв. Он сказал своему надсмотрщику, что ошибка в наборе «стип» вместо «стоп». Это показалось Гискесу чересчур простым, но выхода другого не было.
Когда передача закончилась, в ожидании ответа Лауэре уступил стул лейтенанту Гейнриксу. А сам сел поодаль и стал спокойно курить. По его поведению Гискес понял, что радист солгал ему. Гейн-рикс получил ответ и кивнул Гискесу. Тот понял, что не ошибся в подозрениях.
«Разве вам не говорили, что после ареста вы для разведсети больше не существуете?» Гискес не отдал радиста гестаповцам, а на следующий день привел в подвальное помещение штаба, где был установлен передатчик. На вызов Лауэрса ответили, значит, свои ребята поняли условия игры, чтобы обмануть Гискеса. Его не оставили, он жив! Лауэре с трудом справился с волнением.
Как и в первый раз, ответ принял Гейнрикс. Когда он снял наушники, лицо лейтенанта было серьезным. Англичане сообщили, что забрасывают с самолета радиста с оружием и снаряжением.
Лауэре побледнел. Он ничего не понимал. Ведь он вторично включил в текст ошибочный проверочный сигнал. Англичане не могли не знать, что он «мертв», засветился. И Гискес ничего не понимал — значит, Лауэре его не обманул?
Всю ночь радист старался понять, что происходит, стал ли он предателем поневоле.
На следующий день радиста привели к помощнику Гискеса, которому он сказал, что отказывается участвовать в радиоигре. На него надели наручники и проводили в камеру.
Вошел Гискес и сказал два слова: «Выбирайте жизнь». Это означало, что в комнате будет только любезный Гискес… и все остальное, что называется жизнью.
Лауэре вспомнил, как гестаповцы били его друга Такониса, а тот рвал их зубами, как зверь…
Радист передавал сообщения без проверочного сигнала. Он даже писал «стип» вместо «стоп». Он выполнил свой долг, должны же понять в разведцентре, что происходит!
Он не пожалел, что продолжил игру, потому что вскоре Лондон сообщил, что радист заболел и дата его вылета откладывается, но оружие высылают.
Ночью 28 марта Гискес и Шрайдер ждали прибытия самолета на условленном месте. Если Лауэре их обманул, то вместо оружия они получат бомбы себе на голову.
С самолета сбросили три контейнера. Из Лондона в подарок голландскому Сопротивлению посылали тридцать шесть пулеметов без обойм и увесистые пачки пропагандистских плакатов на французском языке.
Получалось, что англичане перепутали адресата пропагандистской литературы, но все-таки прислали оружие. А если все это блеф и сделана попытка помочь своему агенту выжить?
Через два дня, 30 марта, Лауэрса перевели в тюрьму, которая размещалась в старинном монастыре. 1 апреля прибыл новый арестованный, который, пользуясь азбукой Морзе и выстукивая по трубам, сообщил свое имя. Его звали Арбор, и схватили его при приземлении с парашютом 29 марта.
Это было начало операции «Северный полюс».
Ловушка для агентов из Лондона
После Арбора был захвачен Пижл. Таконис метался в камере, как измученный, обложенный охотниками зверь. Он отказывался есть, пить, выходить на прогулку. Сидел, опершись спиной о стену, и думал, кто же его предал. Неужели Лауэре, его ближайший друг? Жить не хотелось.