Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Посмотрев по очереди на часы — их в комнате было три штуки, одни большие, двое маленьких, Марта заявила, что она и на вторую лекцию уже опоздала.

— Можно я у вас немного посижу? Тут разыгрывается такое супершоу… и мне интересно, что теперь будет.

— Твои родители будут, — информировала я ее и позвонила пану Ришарду. — Их уже нет, уехали, можете прибавить газу. Вы где сейчас?

— Будем минут через десять. Мы в пробке.

Я же… ну прямо какой-то железнодорожный вокзал, на котором переплелись все расписания поездов. На всякий случай отперла ключом калитку, которую сержант, уходя, зачем-то захлопнул, и внимательно оглядела местность — не притаился ли где хитрый комиссар или вдруг неожиданно возвращается. За это короткое время Марта успела убрать со стола проявления моего гостеприимства. Я долила воды в чайник и поставила его на газ.

Малгося с Витеком появились минуты через четыре, я спешно ознакомила их с событиями последних часов. Уложилась в пять минут, излагая случившееся коротко и без комментариев. Все семейство было потрясено.

— Если у него такой же характер, как у покойного братца… — зловеще начал Витек.

— Попытаться поговорить с ним как-нибудь поосторожнее, — поддержала мужа очень встревоженная Малгося.

— Конечно, осторожно и дипломатично, я и не собиралась так сразу ему все выложить. Сначала надо попытаться раскусить этого типа…

И тут перед моим домом остановились три автомашины.

Какие-то доли секунды мне казалось, что во двор входит покойный садовод, чтоб ему! — земля была пухом… Фигура, движения, цвет лица, темные волосы. Даже подумалось: а не ошиблись ли Ришард с Юлитой и в доме Кшевца был убит другой человек? Но мужчина и половины пути до крыльца не прошел, как я убедилась в своей ошибке. Что-то было в нем другое. Выражение лица? Какие-то исходящие от него флюиды?

Брат покойника вошел в дом, вежливо поздоровался, представился и вопросительно посмотрел на меня. Следом за ним вплотную шли Ришард с Юлитой. Никто из них не успел и словечка сказать.

Осознавая всю опасность сложившейся ситуации, я твердо вознамерилась проявить осторожность и предусмотрительность, вскарабкаться на самую вершину дипломатичности и вообще вести себя разумно, затаив опасную для нас правду. Итак, тактичность, вежливость, дружеский, но прохладный прием…

Ну и куда подевались все эти благие намерения, начиная с дипломатичности?

— Говорите сразу — вы порядочный человек или тоже мошенник? — набросилась я на ближайшего родича покойника еще в прихожей.

Кажется, поражены были все. Подумаешь! Не первый раз в жизни я такое отмочила, могли бы и привыкнуть.

Не знаю, как там с порядочностью, но глупым братец не был, это точно. Вздрогнув от неожиданности, он сразу понял смысл вопроса и не стал притворяться, что не понимает.