Бастион: поступление

Надеюсь мой боготворящий взгляд Вероника поймёт. Как-то незаметно показался официант или, как их раньше называли, слуга, хотя, конечно, сейчас это скорее официант. Мы сели с краю длинного, как шоссе, стола.

– Давид, это Матус, мой друг, – произнесла Вероника, обращаясь к парню.

– Здорова, – протягиваю руку. – Приятно познакомиться.

– Взаимно. Как пожелаете общаться – на “Вы” или “ты”?

– Конечно на “ты”, – выдал я и уточняю, – если можно.

– Безусловно.

Взгляд Давида с ожиданием обратился к девушке.

– Можно начинать, – произнесла Вероника.

Вскоре, стол начал заполнятся ещё горячими блюдами и закусками. Оголодавший желудок, словно заключённый, приник к грудной клетке и не удивительно – столь аппетитных ароматов я давно не чувствовал. Каждое блюдо, как произведение искусства, на отдельных подносах и тарелках. Настало торжество вкуса, что заполняет рот слюной. Вероника тоже пробует каждое и наблюдая за этим, можно ставить пьесы на предмет изящества и миловидности. Давид с нами кушать отказался, ибо уже сыт, и вышел. Когда основной голод сошел, берёмся за беседу.

– Да, Вероника, ты живёшь в прекрасном доме, – вещаю я. – Моему восхищению просто нет предела. Если вспомнить детство, то у меня было всё проще… Тоха находится у южных границ и зимы там просто дождливые, прям холода или снега нет. Дверь в дом скорее можно было назвать калиткой, ибо она с щелями и мотылялась туда-сюда, хых… Поел наспех и бегом, босым, на улицу! Пихнёшь её, а сам в мозгу угадываешь, морщась, когда шибанёт об стену! Ха-ха, такие дела…

Вероника давай смеяться, с переходом на хохот. И в перерыве:

– Это очень весёлое детство, видимо.

– А то! – воодушевился я пуще прежнего. – Обувь, порой, в год носилась от силы месяца два. Бегали, лазили, падали и просто стояли на ушах, чуть ли не в обносках. Да и не нужно было больше ничего, всё равно дыры с грязью покрывали её через час. А у тебя как?

– Ну-у, теперь мне уже и рассказывать стыдно, в свете таких приключений, – произнесла она.

– Да ну прям? Отец у тебя хороший человек, да и мать наверняка.

Мы прервались ненадолго, пока Давид занимался столом. Настало время десертов, что источают поистине блаженный аромат, да и эстетически выглядят совершенно, соблазняя кусочками фруктов, шоколадом и видом аппетитных срезов. Я решил умолчать об обещанном угощении, но собственного изготовления.

Девушка всё же возвращается к теме:

– Просто другие обстоятельства, но да, папа очень старался раскрасить жизнь в радостные тона. В общем, находить себе занятия, я научилась рано. Это повлияло на характер или он помог обрести собственный путь. Я много начала читать, причём просто гигантскими количествами и на года два выпала из реальности. В принципе, если подтянуть кое-какие хвосты, могу хоть сейчас сдать выпускные экзамены, закончив Бастион экстерном.

Слова отзвучали гулко, разлетевшись по величественному залу приёмов.

– Вот это да! – забыл жевать я. – Ты точно гений, даже не слышал, чтобы так бывало.

Взираю на председателя с обожанием и восхищением.