Испытание бессмертием

– Да, ваше величество, – послушный чужой воле, Морис с усилием склонил голову.

Тут же страшная черная Воля отпустила разбойника. Колдун наотмашь ударил его по лицу и произнес:

– Даю тебе три дня на поиски Графского. Не найдешь самого или хотя бы каких-то следов – пеняй на себя. Квентин тебя не защитит. Он просто узнает обо всем постфактум.

Джулиан ушел. Только когда само эхо его шагов стихло в отдалении, разъяренный Морис позволил себе выругаться:

– Сукин сын!

"Нужно найти средство, очень быстро заживляющее царапины. Я еще с тобой поквитаюсь, Великий колдун! За все!"

* * *

Вечером, выпроводив наемных работяг, Джулиан встретился с Валей в кабинете Квентина. И хотя мысли его были заняты проблемами "Паранормальное-нормально" – прытким шпионом, хитрым Самперкотом, распоясавшимся Вормсом – он не мог не заметить, какой красивой постаралась для него быть сегодня Можаева. Свои короткие темно-рыжие волосы она собрала вверх, оставив выбиваться в беспорядке несколько накрученных прядей; красивые зеленые глаза ее были так искусно подведены, что казались неправдоподобно огромными и неестественно яркими на покрытом тонким ровным загаром лице. Темно-зеленое платье-сарафан, которое она сегодня купила, оставляло открытыми плечи, выгодно подчеркивало тонкость талии и было в достаточной степени коротко, чтобы ее длинные ноги привлекали не меньше внимания, чем лицо. Заметив легкое замешательство Джулиана, застывшего на пороге, девушка самодовольно улыбнулась: старалась она не зря.

– Валя, сегодня ты превзошла сама себя, – Винтер тоже улыбнулся. – Не слишком ли дерзновенно с моей стороны будет сегодня навязать общество старого занудного Черного колдуна столь обворожительной фее, что уподоблена летней заре, встающей над ласковым морем?

– Не слишком, – не впечатлилась неромантичная Можаева и легким движением подала ему руку.

Джулиан галантно поцеловал ее и позволил девушке опереться на свой локоть. Вместе они покинули "Паранормальное-нормально".

Это была красивая пара. Пока они шли пешком до автобусной остановки, прохожие, не стесняясь, глазели на них: девушки – на Джулиана, парни – на Можаеву. Они были похожи на голливудских актеров, сошедших с кадров кинолент: молодые, красивые, улыбающиеся, совершенные. Вальке нравилось прижиматься к Джулиану и чувствовать его своим. Хотя бы на этот вечер! Сегодня на нем была тонкая рубашка с коротким рукавом, и кожа его сильной твердой руки под изящными пальцами девушки казалась ей шелковой. Они были почти одного роста, и близость его красивого лица настолько манила ее, что она с трудом удерживалась от того, чтобы не смотреть на него влюбленными глазами. Просто удивительно, прошло столько времени, и они знают друг друга не первый день, а сверхъестественная, волшебная красота Джулиана все еще восторгала ее, как девчонку. И как же она жалела сейчас, что может быть для этого мужчины только сообщницей и другом! Жалела и молчала. Потому что стоит ей снова заговорить о своих чувствах – и она потеряет его навсегда.