В Эфире. Дилогия (СИ)

На той стороне кто‑то хихикнул, а кто‑то дернулся, но его придержали.

– Лют, остынь. – Послышался тихий треск ломающейся доски, и ко мне обратились уже чуть громче. – Давай начнем сначала. Меня зовут Зигрин, заместитель командира разведгруппы клана Ривийская пехота. Может, слышал о нас?

– Слышал. Я Данте.

Сквозь клочья пыли и паутины между гнилыми досками я разглядел небритое худощавое лицо гнома. Он явно ждал продолжения, пауза затягивалась, и я нехотя обозначил свой род занятий:

– Путешественник. А вы же в Динасдане вроде бы обитали?

– Раньше там, но Легион хорошее партнерство предложил. Ты драйка видишь?

– Если ты про того летучего и размытого, то не вижу. – С грустью я вспомнил темное зрение, которое сейчас пригодилось бы. – Но иногда слышу.

– Про него, это драйк. Обычно он так близко к границе не подлетает, но сейчас как будто взбесился, ищет что‑то или кого‑то.

– И как вы с ним справляетесь? Я даже не пойму, куда там стрелять.

– Мы обычно не лезем на его территорию, – вмешался женский голос, и на той стороне к дырке опять приникла Лили. – Ой, а мы не встречались раньше? Ты похож на одного НПС, только у того татуировка еще была вокруг глаз.

– Было дело. – Я улыбнулся. – На Утесе Черепа.

– Ты ведь мне помочь тогда хотел, да? – спросила она и, не дожидаясь ответа, обернулась. – Лют, я же говорила, что он меня спасал. Когда же ты думать начнешь, прежде чем действовать?

– Ладно, ты на Лютика не сердись, я не в обиде, – прошептал я, а за стеной опять хихикнули. – Сам бы не разобрался в ситуации.

– Я не Лютик, я Лютый, – прорычал парень, и показалось его лицо, красное от злости.

– Сорян, оговорился. – Я решил, что смогу его побесить попозже, а пока надо было валить отсюда. Нужный столб с указателем торчал метрах в пятнадцати от развалин. – У вас план есть?

Плана у них не было – собирались ныкаться и ждать, когда возродится командир отряда и приведет подкрепление. За стойкой, как выяснилось, шпротами лежали пятеро Ривийцев. Зигрин был самым опытным из них. Командира же, которого он сейчас замещал, драйк утащил в неизвестном направлении.

Лютик мог неплохо танковать – и по уровню, и по снаряжению. У Лили был гибридный класс рейнджера и друида. Плюс еще две низкоуровневые ведьма́чки с упором в развитии на поддержку и лечение. Для всех, кроме Лютика и Зигрина, это был первый выход в туман.

Сам я ждать не хотел. И, в принципе, готов был сделать ставку на скорость, то есть просто сбежать. Но сначала нужно было осмотреть указатель, чтобы понять, в какую сторону направиться дальше.

Я пополз по пыльному, замусоренному полу. Двигался медленно, прячась за обломками мебели. Добрался до проема, где бесславно погибло пончо, прислушался и выглянул из‑за камней.

Каменный столб‑указатель темнел в тумане – резная верхушка в форме стандартного для Авроры пернатого змея и два десятка деревянных табличек, исписанных крючковатыми символами. Таблички потрескались, часть символов стерлась – и даже не будь туманной дымки, я с такого расстояния ничего не смог бы прочесть. А подойти ближе мешало марево, которое бродило возле таверны. Воздух внутри него как будто сгущался, а по краям проскакивали электрические змейки‑разряды.

Когда драйк максимально от меня отдалился, я прицелился в его центр и выстрелил. Разрывная пуля исчезла в сгустке – не пробила насквозь, не застряла, а просто растворилась.

Ну, покажи, тучка, что ты за медведь!

И тучка показала.

Взревела так, что это воспринималось как удар в голову. Я чуть не потерял сознание. Посыпались системные сообщения об уроне, а я лишь тупо размазывал по щекам кровь, потекшую из ушей, и беззвучно открывал рот, как рыба на берегу. Вторую и третью акустическую атаку я уже не услышал – голова болела до тошноты, и полоска жизни опустилась в желтую зону.

Над драйком мелькнули его статы. Как оказалось, усиленный заряд «хоукмуна» сбил у него всего полпроцента жизни. Призрачное марево стало уплотняться и обретать форму, проявились мощные крылья, короткие лапы и голова с зубастой пастью, раскрывшейся на четыре части. Досматривать преображение разъяренного монстра я не стал, отполз на карачках к стойке. Меня заносило в сторону, но, может, оно и к лучшему. Пара таких заносов уберегла меня от молний, прожегших новые дыры в крыше.

Я обогнул барную стойку и врезался в Лютика, который стоял на коленях и держал над головой щит, пытаясь прикрыть девушек. Сейчас он действительно больше напоминал Лютого – оскалился от гнева и напряжения, кровь прилила к лицу. Он обернулся ко мне и что‑то прокричал, но слух еще толком не вернулся, так что расслышал я лишь: «Ты долбо…» Впрочем, концовку я и так понял.

Ну да, согласен, погорячился.

Молния ударила в щит и срикошетила в стойку. Сухая древесина вспыхнула моментально, в меня полетели горящие щепки.

Я свалился на пол и отполз к стене. Огляделся и заметил в полу кольцо – ручку от дверки в погреб. Я окликнул Зигрина, показал на кольцо и развел руками – чего тупите, мол? Давно бы заметили, там же спрятаться можно!

Ответная реакция гнома меня удивила. Он побледнел, вытаращил глаза и замотал головой. Я пожал плечами и потянулся к кольцу. Зигрин не выдержал и заорал: