Загубленная любовь [Tainted Love]

Прошлым вечером я была у Трокки, и там был новый парень, который откликался на имя Хэмфри Андерсон. За его спиной Алекс звал его Горбом[206]. Андерсон был очень молод и очень серьёзен. Он снимал комнату у приятеля Алекса, наркомана Пита Бруска. Именно Пит впервые привёл Горба к Трокки на Обсерватори Гарденс. Пит в лицо называл Андерсона Горбом и обзывал его. Несмотря на эти провокации, молодой человек оказался достаточно раболепным, чтобы занять неоплачиваемую должность литературного ассистента Трокки. Как я уже говорила, эта должность — исключительно на общественных началах, и единственное, что требуется от занимающего её — непрерывно льстить своему хозяину. Андерсон не первый литературный оруженосец Трокки, желающий написать биографию великого человека, и я уверена, что не последний. Горб разбирал бумаги Алекса и бережно сохранял каждое слово Трокки, явно не понимая, что громкие заявления его кумира далеко не всегда следует принимать за чистую монету. Трокки наслаждался тем, что Андерсон сидел с открытым ртом в то время, как я делала прямо перед ним укол. Вкололись и наш хозяин, и Пит Брусок. Теперь, когда Алекс взбодрился, время для вопросов и хорошее, и плохое. Горб ничего не знал об этом и в своей неподражаемо идиотской манере выдвинул тему для разговора, в котором произвёл бы гораздо лучшее впечатление, если б вообще не открывал рот.

— Так ты скажи, Алекс, — пробухтел Андерсон, — когда ты учился в школе, ты когда-нибудь участвовал в школьных выборах, ну или другой какой-нибудь политической деятельности?