Клятвы и слёзы [ЛП]

Разве уже было восемь? Неужели мы с Лиамом провели целый час в машине? Небо было испещрено оранжевыми и розовыми полосами, что говорило мне о том, что они приехали раньше.

— Мы не хотели, чтобы вы двое входили туда без защиты, — сказал Мэтт, подойдя к нам.

Он был в чёрных джинсах и футболке с длинными рукавами, которые плотно облегали его широкие, крепкие руки.

Он приложил ещё меньше усилий к своему внешнему виду, чем Лиам, что подтвердило мои недавние опасения о том, что моё платье было слишком нарядным. Парни были похожи на вечнозелёные растения, а я — на ту пальму, которую хотела видеть в доме своей мечты. Я вцепилась в фатин, жалея, что не могу превратить его в джинсы и майку.

Голубые глаза Лукаса начали метаться между Лиамом и мной, как будто он пытался определить по нашим позам, где мы находимся на шкале любви и ненависти. Лохматый оборотень, должно быть, заметил, что от нашей ссоры остался только клубящийся дым, потому что черты его лица расслабились. Неужели он ожидал, что ему придётся вытаскивать мои когти из плоти своего Альфы?

Лицо Августа было пустой маской, но через нашу связь я почувствовала, что его тело почему-то дрожит. Он скрестил руки на груди, отчего ткань его тёмно-оливковой футболки «Хенли», которая так подходила к его глазам, натянулась.

— Давайте же узнаем, чего хочет великая Альфа ручейных? — Лукас указал на гостиницу.

Лиам повернулся к вращающимся дверям, но Мэтт отодвинул его в сторону.

— Я пойду первым, — сказал белокурый гигант.

Двери завертелись, обдав нас знакомыми запахами каминного дыма и попурри, а также мускусного пота и влажного меха. Пахло так, словно делегация ручейных бежала сюда на лапах, а не приехала в человеческом обличии на машинах. Возможно, некоторые из них прибыли сюда именно таким образом.

Лиам вошёл вслед за Мэттом, за ними пошёл Лукас. Коул жестом велел мне тоже войти, поэтому я прижала кончики пальцев к прохладному стеклу и толкнула его. Я ожидала, что внутри будет шумно, но меня встретила тишина. Было до жути тихо. За стойкой регистрации никого не было. Никто не ходил по коридорам. Не было слышно эха шагов по полированному сосновому полу.

Я остановилась прямо за вращающимися дверями, поэтому, когда Коул вошёл следом, я почувствовала его руку на своей спине. Он отодвинул меня на пару дюймов в сторону, чтобы войти в гостиницу, не опрокинув меня. Наша с Августом связь натянулась, когда он вошёл внутрь. Я инстинктивно опустила руку на живот, но не потому, что он зудел, а потому, что это прикосновение, казалось, придавало мне сил. В отличие от Коула, который встал рядом со своим братом, Август остался стоять у меня за спиной, его ровное тепло пульсировало на моих обнажённых лопатках, борясь с мурашками, покрывающими мою кожу.