Следы ведут в пески Аравии (второе издание)
- Автор: Путинцева Тамара Александровна
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Наука
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Следы ведут в пески Аравии (второе издание)». Краткое содержание книги:
— Смотрите! Смотрите на него! Проклятый! Свинья! Свинья!
Зеетцен повернулся к арабам спиной и сделал вид, что не слышит оскорблений. Но этот крик еще долго стоял у него в ушах.
Наконец один из жителей Бейт-Лахма (Вифлеема), по имени Бутрус, вызвался сопровождать европейца. При этом он похвастался, что был на Мертвом море повсюду и даже знает место, где асфальт бьет из горы, как масло, и застывает твердой корою. Зеетцен по глазам видел, что тот врет, ибо убежден: проверить его невозможно. Бутрус сказал, что у него есть две лошади и он готов тут же погрузить на них провиант и другую поклажу, по потребовал нанять ему в помощь еще трех человек. А где их было найти? Едва только узнавали, что надо идти на восточный берег Мертвого моря, сразу отказывались. У них, мол, кровная вражда с племенами, которые обитают на восточном берегу. Пришлось для начала договориться с двумя погонщиками лишь о маршруте к западному берегу. В момент отправления 13 декабря 1806 года лошади превратились в мулов, а вскоре и вовсе остались мул и один погонщик. На первой же стоянке прибавился второй погонщик, потом еще двое, затем все четверо исчезли, вскоре снова появились, так что Зеетцен мог рассчитывать на постоянство одного только Бутруса.
Чем ближе к Мертвому морю, тем каменистее становилась дорога, мрачнее ландшафт. Кое-где виднелись остатки разрушенных монастырей. С гор то и дело доносился раскатистый гул. Это падали вниз огромные валуны. Время от времени проводники кидались целовать некоторые камни, лежавшие у дороги. Оказывается, такими камнями бедуины отмечали могилы своих соплеменников, и прохожие должны были отдавать им дань памяти и почитания. Подъем становился все круче. Зеетцен спешился, по мулу все равно было трудно взбираться вверх. "А как же по этим склонам местные жители ходят к морю за солью?" — думал Зеетцен. Наконец они вступили на вершину горы Айн-Джидди. С нее открылся вид на Мертвое море.
Мертвое море — это самая глубокая впадина Земли, расположенная почти на 400 метров ниже уровня моря в долине Эль-Гхор. Как только его не называли! Библейские пророки — Соленым, Восточным, Морем равнины, греки и римляне — Асфальтовым, арабы — Бахр-Лут, что означает "Море Лота", или Бухайрат-Лут, то есть "Озеро Лота", ибо, по преданию, здесь обитал племянник Авраама — Лот, спасенный ангелами при уничтожении Содома и Гоморры. Арабы, пожалуй, были ближе всех к истине: Зеетцен уже знал, что Мертвое море — никакое вовсе и не море, а бессточное озеро.
Сквозь туман виднелись горы на противоположной, восточной стороне — хребты Эль-Белка и Эль-Карак, черные, местами красноватые, неприветливые, со склонами, рассеченными пещерами и расщелинами, похожими на пропасти. У подножия Айн-Джидди поблескивали горные источники. Вокруг них образовались маленькие оазисы — несколько деревьев, трава, камыши, — так странно выглядевшие среди этого мрачного пейзажа. "Однако, — продолжал размышлять Зеетцен, — если бы бедуины хотели, они могли бы обработать и засеять эти участки земли". А вот яблони. Зеетцен протянул руку и сорвал спелый плод. Но что это? Внутри вместо аппетитной мякоти — одна труха. Бутрус объясняет: здесь все яблоки такие. Иные — с голову ребенка и прекрасны на вид, но с настоящими ничего общего не имеют.
Так вот она, разгадка таинственного "содомского яблока" из Библии! Никакой тайны нет. Природа опять все сама показала и объяснила. Впоследствии Зеетцен напишет об этих "яблоках" целый трактат, а сейчас он лихорадочно пополняет свою коллекцию. Лимоны здесь совсем иные, чем в Европе. Это желтые плоды величиной со сливу, растущие на колючем кустарнике. Под тонкой гладкой кожурой кислая мякоть, густо наполненная косточками. Здешние бедуины называют этот плод "сакран", что означает "пьяный".
Запахло серой. Путники вышли на узкую полоску берега. Мертвое море показалось Зеетцену спокойным и ясным, как и все моря. Напрасно религиозные сказки пытаются представить его черным. Конечно, прибрежные темные скалы затеняют его, но отражается в нем и синее небо.
В этом овеянном невероятными слухами мире Зеетцену очень важно было обнаружить любую растительность. Но ее и впрямь не видно ни по берегам, ни в воде. Хоть бы раковину найти или сорвать водоросль, но их нет. Тяжелые, свинцовые воды неподвижны. Михаэлис говорил, что в Мертвом море почему-то не водится рыба. Теперь Зеетцен понимает почему. В его водах нет корма, и, если бы даже рыбу попытались разводить, она не смогла бы ни жить, ни размножаться. "Без пищи не может существовать ни одно насекомое, ни один червяк, — думает Зеетцен. — А отсутствие фауны придает стоячей воде еще большую неподвижность, это тоже понятно". Зеетцен берет пробы воды, горько-соленой на вкус. По этим пробам в Европе потом впервые узнают, что в состав воды Мертвого моря входят соли брома, калия, магния, хлора, кальция, натрпя. "Странно, Иордан приносит в море пресную воду, а здесь такая большая соленость", — рассуждает Зеетцен. Видимо, очень велико поверхностное испарение. К тому же с юга к морю подступают соляные горы. Размывая их, море беспрерывно пополняет свои соляные запасы.