Ведьма [litres]

Однако у верховного мага явно был опыт в том, что касалось отворотов. Может, от принца девиц отваживал? Или, наоборот, Авина от служанок? Ну не сам же Илдис зелье попивал?! Нетерпимости и раздражительности ему и без отворотного эликсира хватало с лихвой…

Смешав ингредиенты в оставленном предусмотрительным волшебником ковшике, я приступила к приготовлению эликсира. Мед окрасил воду в мутно-золотистый. Вытяжка из желчи сделала раствор люминесцентно-желтым. Каждый следующий компонент менял цвет снадобья, и я с интересом ждала, что же получится в итоге. После смешивания с травами зелье приобрело синеватый оттенок. Оставалось только всыпать пепел. На клочке бумаги, вырванном из записей Алестата, я коряво вывела имя самозванки и подожгла листок. Каково же было мое удивление, когда после добавления пепла синий эликсир стал алым. Я потянулась к пузырьку, видневшемуся на дне ящика, но тут же отпрянула.

Крошечный флакон с кроваво-красной жидкостью, спальня короля Дарина… Пораженная догадкой, схватила со стола стеклянную колбу с водой. Капнула в нее зелья. Нет! Только не это! С замиранием сердца я следила за тем, как жидкость снова стала прозрачной.

– Богиня, помилуй меня! Той ночью в королевской опочивальне Алестат не лгал. Он действительно думал, что я приворожила принца и Его Величество, что они хорошо ко мне относятся только потому, что я их опоила… Значит, маг – никакой не предатель! – срывающимся голосом прошептала я.

– Думала, ты и не догадаешься!

Прозвучавший за спиной женский голос заставил подпрыгнуть на месте. Я медленно обернулась, уже зная, кого увижу.

– Обидно, знаешь ли, что все лавры коварного заговорщика достались Илдису, который даже не сумел сообразить, что идет по ложному следу.

В дверях стояла улыбающаяся Элиаль.

– Ты меня удивила! Башня – последнее место, где я ожидала тебя найти. Явиться в кабинет чародея после всего, что произошло между вами? Смело!

Девушка шагнула ко мне. Я почти не слышала ее слов. Все внимание было приковано к двери. На мою беду, Элиаль перехватила взгляд и тут же вновь встала в проходе, отрезав путь к отступлению.