Славяне и их соседи в конце I тысячелетия до н.э. - первой половине I тысячелетия н. э.

Иное решение этих вопросов предложил Г.Б. Федоров (1960б, с. 54 и след.). Он рассматривал культуру Поянешти-Лукашевка как принадлежавшую местному фракийскому населению — гетам, в среде которых оказались пришельцы — бастарны, носители культуры позднепоморско-раннепшеворского облика, пришедшие сюда на рубеже III–II вв. до н. э. с верховьев Вислы и ассимилированные гетами к рубежу нашей эры. Местной, гетской, была эта культура и по мнению М.А. Романовской (1968) и С. Теодор. Элементы других культур, в том числе ясторфской, поморской, пшеворской и зарубинецкой, исследовательницы объясняют существованием контактов между названными культурами в период II–I вв. до н. э. Позднее М.А. Романовская несколько уточнила свою точку зрения и пришла к выводу, что поянешти-лукашевская культура представляла собой качественно новое явление по сравнению с гето-фракийской культурой предшествующего времени и сложилась в результате взаимодействия различных пришлых компонентов с местным гето-фракийским субстратом. Все же по этническому составу эта культура, по ее мнению, была в своей основе гетской, тогда как пришельцы были разнородны в этническом отношении и среди них могли быть германцы и славяне (Пачкова С.П., Романовская М.А., 1983, с. 68–77). Сравнивая материалы могильников Поянешти и Лукашевка, С.П. Пачкова сделала ряд наблюдений над их хронологией. По ее мнению, в могильнике Поянешти выделяется два хронологических периода, для каждого из которых характерны свои типы керамики и варианты фибул (для первого — фибулы «расчлененные» и гладкие проволочные варианта В по Й. Костшевскому, для второго — фибулы варианта В, D и К). Материалы могильника Лукашевка соответствуют в основном второму, позднему, периоду могильника Поянешти (Пачкова С.П., 1985, с. 19–22).