Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

— Жана Мора велел увезти не Мак-Джилл.

— Само собой, черт побери!

— Вы это знаете?

— Я в этом убежден.

— А нам это известно достоверно.

У Льюиса был такой вид, словно он выиграл партию, подчеркнув различие между знанием американской полиции и простой убежденностью своего французского коллеги.

— Молодого Мора забрал с собой некий тип, который вручил письмо от отца.

— Знаю.

— И мы также знаем, куда увезли молодого человека. В Коннектикут, в коттедж, принадлежащий Мора-старшему, куда он уже несколько лет не заглядывал.

— А отец добился, чтобы Жана привезли к нему в «Сент-Рейджи».

— Откуда вы знаете?

— Догадываюсь.

— Мы догадок не строим. Через два дня тот же человек снова отправился за Мора-младшим.

— А это означает, — затянувшись, пробормотал Мегрэ, — что были какие-то причины для того, чтобы в течение двух дней молодой человек оставался вне игры.

Лейтенант поглядел на него с комическим изумлением.

— Тут можно усмотреть и некую связь, — продолжал комиссар. — А именно: молодой человек появился только после гибели старика Анджелино.

— И какой вывод вы из этого делаете?

— Никакого. Коллега О'Брайен может подтвердить, что я никогда никаких выводов не делаю. Он, несомненно, прибавит, что я никогда не думаю. Ну а вы-то думаете или нет?

Мегрэ спросил себя, не слишком ли далеко он зашел, но Льюис, после минутного размышления, ответил:

— Иногда. Когда у меня в руках достаточно серьезный материал.

— Ну а на данном этапе дело не стоит того, чтобы думать.

— А какого вы мнения о рассказе Роналда Декстера? Его ведь зовут Декстер, не правда ли?

— Я еще не составил мнения о его рассказе; но он меня здорово позабавил.

— Он сказал правду: по времени действительно так и получается.

— Не сомневаюсь. Это совпадает также и с отъездом Мора в Европу.

— Что вы хотите этим сказать?

— Что Джоз Мак-Джилл родился за месяц до того, как Маленький Джон возвратился из Байонны. И что, с другой стороны, он родился через восемь с половиной месяцев после его отъезда.

— И что же из этого?

— А то, что он с успехом может быть сыном и того, и другого. Так что у нас есть выбор, как видите. Это очень удобно.

Извлечь из этого Мегрэ ничего не мог. Просто сцена с клоуном, пребывающим в состоянии похмелья, привела его в хорошее настроение, а надутый как индюк Льюис был прямо-таки создан для того, чтобы это настроение поддержать.

— Я приказал поднять за те годы все акты о смерти, которые могли бы относиться к Джозефу Домалю и к Джесси.

— Если только они умерли, — рявкнул Мегрэ.

— Но если они живы — где они?

— А где все триста квартиросъемщиков, которые в те же годы жили в доме на Сто шестьдесят девятой улице?

— Если бы Джозеф Домаль был жив…