Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

В это утро ему пришлось трижды браться за бритье, так как два раза его отрывали телефонные звонки. В первый раз голос, казалось, доносился издалека; Мегрэ его как будто слышал не так давно, но узнать не мог.

— Алло! Комиссар Мегрэ?

— Ну да!

— В самом деле комиссар Мегрэ?

— Ну да!

— Комиссар Мегрэ у телефона?

— Да, черт побери!

Тут жалобный, почти трагический голос произнес:

— Это Роналд Декстер. Я очень огорчен, что пришлось вас побеспокоить, но мне совершенно необходимо с вами поговорить.

— Есть что-нибудь новенькое?

— Умоляю вас назначить мне встречу как можно скорее.

— Вы далеко от меня?

— Не очень.

— А это очень срочно?

— Очень.

— В таком случае приходите в гостиницу сейчас же и поднимайтесь ко мне в номер.

— Благодарю вас.

Мегрэ улыбнулся было, но по некотором размышлении решил, что в тоне голоса клоуна было что-то тревожное.

Не успел он снова намылить щеки, как телефон зазвонил опять. Мегрэ кое-как вытер лицо.

— Слушаю.

— Комиссар Мегрэ?

На этот раз говорили отчетливо, слишком отчетливо и с резким американским акцентом.

— Я у телефона.

— С вами говорит лейтенант Льюис.

— Слушаю вас.

— Мой коллега О'Брайен сказал, что мне было бы полезно как можно скорее связаться с вами. Не могу ли я встретиться с вами сегодня утром?

— Простите, лейтенант, но у меня остановились часы. Который теперь час?

— Половина одиннадцатого.

— Я охотно пришел бы к вам, но, к сожалению, минуту назад назначил свидание у себя в номере. Впрочем, возможно и даже скорее всего, что речь пойдет об интересующем вас деле. Вам нетрудно будет зайти ко мне в «Бервик»?

— Через двадцать минут буду у вас.

— Есть что-то новенькое?

Мегрэ был уверен, что его собеседник еще держал трубку у уха, когда он задал этот вопрос, но лейтенант притворился, что не слышит, и прозвучали гудки отбоя.

Двое сразу! Мегрэ оставалось только покончить с бритьем и одеться. Не успел он позвонить в room-service и заказать завтрак, как в дверь постучались.

Это был Декстер. Вид у него был такой, что Мегрэ, привыкший уже к его странностям, посмотрел на него с крайним изумлением.

Он никогда не видел, чтобы человек был так бледен. Клоун был похож на лунатика.

Но он не был пьян: на лице у него не было плаксивой гримасы, свидетельствовавшей об опьянении. Напротив, он, казалось, владел собой, и все же в нем было что-то странное.

Он застыл в дверях, похожий на актера из кинокомедии, который только что получил дубинкой по голове и, прежде чем рухнуть, еще какое-то время держится на ногах, глядя перед собой пустыми глазами.

— Господин комиссар… — начал он, еле ворочая языком.