Крым 1917–1920. Революция и Гражданская война [litres]

Пользуясь поддержкой комендатуры, владелец завода Анатра в Симферополе в начале июня уволил всех рабочих без предупреждения, не уплатив им даже выходного пособия и отказавшись от каких бы то ни было переговоров с представителями рабочих.

Наиболее полно оккупанты раскрыли свои карты приказом «об отмене монополизации труда» и в конфликте севастопольских портовых рабочих с командованием. В приказе, изданном в Феодосии, командир 15-й ландверной дивизии сообщал, что рабочие сплотились в организации, имеющие «целью монополизацию определенных работ»[177]. Считая, что эти организации мешают получению работ большей части рабочих, которые «остаются без куска хлеба», тогда как другие получают «несоразмерно высокую заработную плату», он отменял «монополизацию рабочего труда».

По мнению «заботливого» генерала, союзы, создавая «привилегированное положение» для своих членов, наносят вред «всему рабочему классу». Видимо, в стремлении помочь рабочему классу он объявлял «труд свободным», а все союзы, которые попытаются помешать предпринимателям в найме рабочей силы, обещал привлечь к судебной ответственности. Одним приказом было уничтожено все, что добыто рабочим классом в длительной борьбе.

Надо иметь генеральскую наглость, чтобы реакционнейшие действия оправдывать демагогическими фразами о пользе рабочего класса.

За словесными приказами последовали и дела. В Феодосии был арестован секретарь Центрального совета профессиональных союзов за то, что призывал к забастовке, а в Керчи так арестовали все правление союза фармацевтов за требование к хозяевам подписать коллективный договор.

В Севастополе конфликт превратился в забастовку рабочих. Главными пунктами конфликта были: заключение коллективного договора и прием рабочих через профессиональный союз, кроме этого, рабочие требовали уплатить им суммы, предназначенные к выдаче еще Временным правительством.

22 мая в ответ на предъявленный рабочими коллективный договор немецкое командование прислало в союз «положение о работе для служащих и рабочих порта». В письме, с которым препровождено было положение, морской строительный советник писал: «В этой форме положение о работе соответствует примерно тому, которое применяется на императорских верфях для германских рабочих. Оно даже в некоторых пунктах еще значительно более выгодно для русских рабочих, чем для германских, хотя бы, например, тем, что допускает восьмичасовой рабочий день, который в Германии не введен»[178].

Первый пункт положения допускал «в пределах возможности» привлечение к найму рабочих профессионального союза. Против решения союза и коллективного договора в положении допускались сверхурочные работы, нормирование труда передавалось мастерам, увольнение рабочих передавалось целиком управлению порта без участия профессионального союза.