Кардинал Ришелье

Или, например, Клод Фавр де Вожела. Этот человек был «членом-учредителем» Академии. Он руководил составлением академического словаря и стал одним из законодателей французского классицизма XVII века в области литературного языка.

Да, были среди членов Академии и знатные люди. Например, канцлер Пьер Сегье. Но это был высокообразованный человек и страстный библиофил. Он собрал огромную библиотеку, насчитывавшую 4000 рукописей и около 10 000 книг. В Академии он получил кресло под № 1, и разве у кого-нибудь повернется язык назвать его недостойным этой чести…

Да, кардинал де Ришелье был далек от того, чтобы поощрять свободу мысли. Да, он ввел за правило, что литературные произведения, вызывавшие сомнения по части политической благонадежности, направлялись на заключение во Французскую академию (кстати, в случае возникновения конфликтов, окончательное решение о судьбе произведения выносил сам кардинал). Да, он контролировал все, но при нем членства в Академии удостоивались лишь люди, вносящие вклад в прославление Франции. И главная задача Академии – развитие французского языка – была сформулирована не случайно, ведь Ришелье понимал, что нация может осознавать себя как единое целое в рамках единого государства только на основе языка, цементирующего основание этого единства.

К сожалению, как отмечает историк Эмиль Мань, «мгновенного расцвета Академии не получилось: пришлось еще целых три года ждать, пока существование ее стало легальным». В результате первое официальное собрание Французской академии имело место 10 июля 1637 года, а первую речь по случаю принятия в Академию произнес 3 сентября 1640 года адвокат и писатель Оливье Патрю, заменивший умершего поэта Франсуа д’Арбо де Поршера.