Царский зять

– Я понимаю, что Австрия сильно уязвлена итогами катастрофически закончившейся для нее войны. Она потеряла Хорватию и Словению, а значит, выход к Адриатике. Объединилась Венгрия – и я сделаю все, чтобы через десять лет регент Имре Текели передал власть своему пасынку Ференцу Ракоци, что станет королем.

– Ты пойдешь на войну с цезарем, базилевс?

– А мне ничего другого не остается – два медведя в одной берлоге не уживутся, так и две империи не должны соприкасаться границами. Мне достаточно будет, если венгерский король будет достаточно лоялен к моей державе, как и хорватский бан. Последний, кстати, станет зятем московского царя Федора, он сватается к младшей сестре моей Софьи, и получил согласие. Таким образом, я породнюсь с Иваном Зринским.

Юрий усмехнулся, глядя на короля. Закурил папиросу от горящей свечи – переговоры шли вечером, и стал негромко говорить:

– А они это сделали, приняв мое «Уложение», и заключив союзные договора. Ведь если держава является федерацией, то это совершенно не означает, что какие-то страны не могут состоять в ней конфедеративно. К тому же венгры протестанты в значительной части, и хорошо знают ту клерикальную политику, что проводили Габсбурги – а потому очень недовольны цезарцами, и это еще мягко сказано. Такая ситуация меня более чем устраивает – два полностью лояльных к моей империи государства, которые враждебны к западному соседу.

– А ты, базилевс, таким образом, отгородишься от цезаря такой «стенкой». Ничего не скажешь, умно задумано. Тогда позволь осведомиться на счет «крессов всходних», ведь ты на них явно нацелился, презрев наши прежние договоренности.

– Разве? А не сейм Речи Посполитой отказался признавать права православного населения, «диссидентов», так сказать? Причем дав согласие мне, царю Федору и гетману – а за язык магнатов и шляхту никто не тянул, Ян. Понятно, что мы силой выбили эту уступку – но так я отказался от своих притязаний от Червонной Руси.

И что же получилось?!

Меня нагло обманули, «кинули». Что в Баре с православными священниками сделали?! Их убили!

– Шляхтичи перед судом предстанут…

– Перед вашим – а должны перед моим! Я с них шкуру сдеру и на барабан натяну, Ян, чтобы другим неповадно было! А кто церкви продолжает закрывать – султан турецкий?! Кто людям мешает в Новую Русь перебираться – крымский хан воскресший?!

«А что ты хотел, голубчик – ты сам попался в ловушку. Твоя власть в Польше является номинальной, и ничего ты с вольницей магнатской не поделаешь, нет у тебя на нее власти – на том и все расчеты строились. Чтобы в любой момент «казус белли» мог быть выявлен моментально. Так что, брат Ян, сейчас нужно тебе хорошо покрутиться, чтобы войны избежать, причем на пять фронтов сразу».

– Да, забыл тебе сказать – молдаванский господарь заключен в темницу за измену, его судить соборно будут. И повесят иуду, которого церковь анафеме предала. Сам понимаешь, за какие шашни и с кем, ведь «уложение» он нарушил. А я три лояльных кандидатуры на его место легко найду – одну из них и выберут.