Железный начдив Азин. Между красными и белыми
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-156-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный начдив Азин. Между красными и белыми». Краткое содержание книги:
Книга, безусловно, заинтересует любителей отечественной истории.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
В этой тяжелейшей ситуации командарм-2 бросает навстречу неприятелю последние резервы – запасные батальоны, школы молодых командиров, а также только что прибывшие два Казанских батальона. Последние при первом же артобстреле в панике разбежались. На левом фланге обстановка была ещё хуже: после предательства и перехода к противнику в Воткинске начдива-7 Романова дивизия держалась на честном слове, и, если бы не действия начдива-21 Овчинникова, левый фланг армии оголился бы полностью. Помимо прочего, пришлось эвакуировать Ижевский завод и огромные запасы хлеба в районе Камбарки.
И это при том, что 28‐я дивизия Азина, обливаясь кровью, продолжала сдерживать продвижение противника в 150 километрах от Сарапула. Время пошло на считанные дни! Для отхода азинцы могли воспользоваться лишь узким коридором, который сохранялся благодаря действиям начдива-21 Овчинникова, на которого насел 3‐й Степной корпус генерала Вержбицкого.
Всё было по-честному. Советская 21‐я Пермская дивизия была преобразована из 5‐й дивизии 3‐й армии, прикрывавшей левый фланг азинцев. После сдачи Перми связь Овчинникова с командованием 3‐й армии прервалась, и начдив был вынужден искать высший штаб, коим оказался штаб 2‐й армии, расквартированный в Сарапуле. В результате, с 31 декабря 1918 года 21‐я дивизия вошла в подчинение к командарму Шорину. И теперь Георгий Иванович Овчинников так же помогал азинцам, как когда-то они помогли ему. [237]
К счастью, 21‐я дивизия в составе 2‐й армии Восточного фронта превратилась в достаточно сильную боевую единицу. И в этом была несомненная заслуга командарма-2 Шорина, который заблаговременно направил в её состав из бывшей Вятской дивизии 248‐й Володарский и 252‐й Святогорский полки. Кроме того, в эту дивизию были влиты 56‐й образцовый Костромской, 57‐й Шуйский, 58‐й Владимирский полки и 4‐й дивизион 28‐й дивизии в составе двух батарей[238].
Итак, начав наступление, 7 марта Западная армия генерала Ханжина заняла Бирск, а через неделю – Уфу. На берегу Камы белые захватили пристани Мензелинск и Пьяный бор, выйдя к устью рек Вятки и Белой.
А колчаковская Сибирская армия генерала Гайды 24 февраля завершила окружение стратегически важного городка Осы на левом берегу Камы, после чего начались ожесточённые бои, не прекращавшиеся даже ночью. Весь удар на левобережье Камы восточнее Воткинска приняли на себя части 21‐й дивизии Овчинникова. Но что могла сделать одна дивизия против наступательного тарана сибиряков!
Из воспоминаний красноармейца 21‐й стрелковой дивизии Лазарева:
«Чуть забрезжится холодное февральское утро, окрестности вновь оглашаются трескотней ружей, рокотом пулемётов и грохотом пушек, наполняющих воздух тысячами смертей. Лишь густая темнота наступающего вечера, казалось, давала отдых усталым, обмерзшим бойцам. Но так только казалось. Лыжники противника в белых халатах, как шакалы, уже рыскали в ночной глубине и зорко выслеживали расположение и бдительность обороняющихся. И так изо дня в день в течение 38 суток, из которых каждые уносили из рядов дивизии сотни лучших боевых товарищей.
К 24 февраля борьба достигла своего апогея. Кама знала, как в эту ночь полки белых легко, перешагнув ее окованное тело, обходом отрезали Богомяковское с его немногочисленными защитниками-шуйцами. Как одновременно с этим начались яростные атаки Осы, обороняемые костромичами и бирцами. Все уже становится кольцо белых у Богомяково. Уже целый день идет неравный бой, покидают последние силы бойцов. Сильно покраснели снега Богомяково. Слышны разъяренные крики белых, требуя покорности. Опьяненный иступленными порывами, противник, как крупный банкир, бросал на жерла наших пушек и пулеметов не жидкие цепи, а густые ротные колонны своей пехоты. Скоро и жадно поглощала их стихия раскаленного металла. По десять раз в сутки разбивались лавины белых о несокрушимую стойкость костромичей и бирцев, которые так и не сдали Осы»[239].
И всё же Осу красным пришлось оставить. 1 марта белым удалось ворваться в город, но успешной контратакой бойцы 56-го Костромского полка выбили противника с отвоёванных позиций. На следующий день начдив Овчинников предпринимает попытку отбить подступы к Осе, однако ни плотный артиллерийский огонь, ни четыре отчаянны[240]е атаки успеха красным не принесли. После того как 7 марта белые перерезали тракт Оса – Устиново – Воткинск, путь к отступлению красноармейцам 56-го Костромского полка, оборонявшего город, оказался отрезан. С большим трудом костромичи по бездорожью ушли в направлении села Крюково (огонь на себя вызвал единственный пулеметчик, который ценой собственной жизни спас товарищей).
237
В конце декабря 1918 года о дивизии Овчинникова можно было говорить лишь номинально: после беспрерывных боёв от неё осталась лишь одна боеспособная бригада в составе трёх полков при трёх батареях. Кроме того, многие бойцы из личного состава 4-го Камского полка и 4-ой Камской бригады в результате предательства офицеров перешли на сторону врага.
238
Там же. С. 191. // Очерки по истории 21‐й Пермской стрелковой дивизии. Томск, 1922. С. 7.
239
Шесть лет 21‐й Пермской дивизии. Новониколаевск, 1923. С.7.
240
Утверждение некоторых исследователей о том, что в боях за г. Осу погиб основатель бирского отряда Деткин, не соответствует действительности: к тому времени командир Бирской стрелковой бригады Павел Иванович Деткин находился на учёбе в Академии Генштаба РККА. Осенью 1920 года он станет начальником гарнизона Уфы; потом какое-то время будет работать в ЧК. Скончается в 1943 году в Новокузнецке.