Тяжело в учении, легко в бою

— Есть — не сачковать! — уже веселей ответили парни, убегая.

Все, пора. Машины заправлены, оружие заряжено и проверено, пусковые контейнеры подвешены на пилоны, винты нетерпеливо рубят воздух. Ночники уже вовсю работают. Вернее уже отработали. Хоть бы без потерь! Хоть бы все вернулись! На аэродроме в полной готовности дежурил экипаж Байкалова на своем Ми-1. Их задачей была эвакуация сбитых летчиков и летчиц. Но только в том случае если они упали на своей территории. Пересекать линию фронта Байкалову было запрещено. Если кто-то упадет на территории занятой немцами, выбираться предстояло самостоятельно. Только там столько войск противника, что шансов на удачный выход к своим совершенно никаких. Зная это, девушки из 588-го приняли решение лететь без парашютов. Сашка и ругался и уговаривал и даже приказывал. Бесполезно! Уперлись. Может оно и правильно. Что будет с девчонками, попади они в плен, все прекрасно понимали. В газетах писали, да и фотографии печатали. Лучше уж сразу в землю, а еще лучше во врага!

Сашка переключил СПУ на внутреннюю связь:

— Настя, ты как? — вот еще одно беспокойство. На предполетном инструктаже было видно, что девушке страшно. Впрочем, страх был у всех, просто у Насти он сильнее бросался в глаза. Пустой взгляд, испарина на лбу, подрагивающие руки. И как с этим бороться парень не знал. Он уже начал жалеть, что взял девушку себе в экипаж. Но назад уже не отыграть. Пришлось успокаивать. Успокоил. От воспоминаний бросило в жар а в груди приятно защипало, ну и… А впрочем неважно.

— Нормально. Спасибо, — раздался в наушниках уверенный голос. У Насти действительно было все нормально. О предстоящем бое она уже не думала. Ну, разве может случиться с ней что-то плохое, когда с ней ее Сашенька?! А еще он ее поцеловал. По-настоящему, в губы! Слааадко таак! И она была б не против, чтобы это продолжалось подольше. Только надо было лететь. Ничего! Сейчас они разнесут супостатов, как говорит любимый, а потом она сама его поцелует! На губах девушки появилась мечтательная улыбка.

— Отлично. Вадим, ты готов?

— Готов, через пять минут начинаю эфир.

— Добро, — Сашка переключился на общую связь. — Экипажи, доложить готовность?

— Лед и Язва готовы, — Ида говорила так, будто собралась на прогулку в парк, вот же нервы у нее! А «Язва» — теперь новый позывной Волковой. В наказание за несносный характер. Правда Ленка не сильно-то упиралась. Но обиженный и оскорбленный вид приняла. Только вот на ее позу никто внимания не обратил, заслужила.

— Одиннадцатый готов, — Никифоров оставил себе позывной с бомбардировщика. В память о погибших ребятах. Сегодня он за них отомстит. Те переправы не в счет, там, в основном, работал Саня, а теперь будет его личная месть.

Вертолеты один за другим взмывали в небо, исчезая за кромкой редкого леса в сторону Ладоги. Техники, блестя в темноте глазами, с тревогой смотрели им вслед. Василий Васильевич Ловчев стоял немного позади своих подчиненных и пока никто не видит, быстро-быстро трижды перекрестил небо в ту сторону, где скрылись грозные машины и спрятал руку за спину, словно нашкодивший ребенок. Точно так же он крестил улетающие на бомбежки «Ильи Муромцы» во время той войны.