Прямой эфир
- Автор: Стасина Евгения
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Прямой эфир». Краткое содержание книги:
Он мое наваждение. Моя первая любовь и первое разочарование. Я его тень, навязчивая поклонница, готовая на все ради одного взгляда. Когда достигаешь желаемого, главное суметь удержать в руках долгожданный подарок судьбы, жаль поняла я это слишком поздно… Так что, когда моя семейная жизнь рассыпается в мелкую крошку, единственное, что мне остается — говорить. Долго и откровенно. В прямом эфире.
— Что это было: любовь, страсть, скука?
— Все вместе, — подвожу итог, игнорируя недовольное кряхтенье свекрови.
Чувствую, что ее подмывает вклиниться в наш диалог, но слишком хорошо ее знаю — минут на пять ее терпенья точно хватит. Не напрасно же она столько лет варилась в этом котле. Уж без сомненья успела усвоить, что нецензурная брань рейтинги ей не поднимет. Потерпит, немного придержит коней, но в конечном итоге все-таки вспыхнет как спичка, угрожая подпалить каждого, кто отважится ей перечить. Это лишь дело времени.
— И тем немее, брак он решил сохранить. Или это было вашим желанием?
— Нет, — я качаю головой, в мельчайших деталях вспоминая тот вечер, когда моя жизнь пошла под откос… Я, может быть, и была раздавлена, но терять самоуважение не планировала: меня унизили. Ведь чем еще можно считать измену, если не унижением? Демонстрацией, яркой, публичной демонстрацией, что твои чувства и переживания в этом мире совсем ничего не стоят. Что тебя можно заменить другой, можно забыть, можно сделать все что угодно, кроме, пожалуй, самой важной вещи для любой женщины — полюбить тебя невозможно…
— Я хотела развода. Считала, что бороться там больше не за что.
Ведь то, чему не дано устоять, обязательно рассыпется в мелкую крошку, погребая под кучей мусора и строительной пыли не только привычные для вас вещи, но и воспоминания, планы, эмоции, и что самое страшное, вас самих. Мой мир тогда рухнул окончательно. Без права на надежду, что мы еще сможем с ним все исправить, без самого главного — без желания, вообще, что-либо возвращать.
— Что будем делать? — Таня, не успевшая сменить свой сценический костюм на что-то более пристойное, складывает руки на груди, приподнимая и без того с трудом сдерживаемый латексным топом бюст.
Морщится, замечая, что от полной наготы ее отделяет не так-то много, и хватает покрывало, небрежно свисающее с кресла, желая крыть под ним свой вызывающий наряд
— Открыть?
Дверной звонок разрывается. Заходиться в нескончаемой трели, заставляя меня морщиться от болезненной пульсации в области висков, и, кажется, не собирается останавливаться, сдаваясь под настойчивым нажимом мужских пальцев. Пальцев, которые пару часов назад изучали потаенные участки чужого тела, пропитанного ароматом чертовых ягод…
— Может, полицию вызвать? Или сказать, что тебя здесь нет? — перебирает варианты, в то время как я безэмоционально разглядываю плакат, висящий на ее стене. Петрова на нем на себя непохожа — то ли с фотошопом переусердствовали, то ли фотограф выбрал неудачный ракурс.
— Чего ты молчишь? — девушка опускается на корточки, хватая меня за ладошку, и обеспокоенно вглядывается в мое лицо.
Чтобы смертельно обидеть женщину достаточно ее разлюбить. Или не полюбить вовсе. Прибавьте к этому пару тройку интрижек, и, вуаля, — у ваших ног пораженная цель. С виду вполне здорова, даже способна бросать слова невпопад и натянуто улыбаться, но по большому счету от нее осталась лишь оболочка. Да и та изрядно потрепана — глаза покраснели, нос распух, волосы сбились в непонятный комок, а маникюру пришел конец.
Со мной случилось именно это, поэтому Таня так тоскливо вздыхает, не узнавая во мне свою лучшую подругу, пусть и не блещущую красотой, но, по крайней мере, всегда аккуратно причесанную, без этих опухших век и покусанных губ.
— Ладно, я позвоню ребятам, — видимо, намекая на свою охрану, девушка тут же прикладывает к уху мобильный, вознамерившись во что бы то ни стало спасти меня от разговора с Громовым.
Но это ведь все равно неизбежно? Если вчера мне и удалось избежать этой встречи, рано или поздно, столкнуться нам все же придется. Так просто положить конец нашей истории мне вряд ли удастся.
Встаю, вытирая вспотевшие ладошки о спортивные штаны, свисающие с моих бедер, и набрасываю на плечи олимпийку, идущую в наборе с этим сиреневым безобразием: стразы, в форме ангельских крыльев выложенные на спине, больше подходят подростку, нежели поп-исполнительнице, позиционирующей себя роковой искусительницей. Как ей, вообще, пришло в голову купить нечто подобное?
— Лизка, может, не надо? Только ведь успокоилась!
— Надо. Иначе еще не один час будем слушать этот звон. Тебе и на работе шума хватает, — отпихиваю ее в сторону, освобождая себе путь, и намеренно не смотрю в зеркало, наплевав на свой внешний вид. Стараться для мужа мне больше не хочется.
— Что надо? — выхожу в подъезд, избегая встречаться с ним взглядом, и приваливаюсь спиной к металлической двери, со скучающим видом рассматривая свои погрызенные ногти. Не стремлюсь его разглядывать, но все равно замечаю и разбитую губу и ссадину на правой скуле.