Подкидыш для депутата. Выбор сердца

Распахивает передо мной дверь и ждет, пока я выполню приказ. На долю секунды встречаюсь с ним взглядом и замерзаю. Мрачный, холодный, напряженный. Предпочитаю не злить Щукина — агрессия сильного мужчины не нужна нам с малышом сейчас. Знаю, к чему она привести может. Опасаюсь, что в какой-то момент Дима сорвется, как в свое время Леша. Дикий страх за ребенка сковывает всю меня. Поэтому послушно киваю и устраиваюсь в пассажирском кресле.

Обхватив себя руками, наблюдаю, как Дима обходит капот и направляется к водительскому месту. Его движения резкие, рваные. Переживает из-за внезапной встречи с журналистами в коридоре? И от того, что они видели меня с ним рядом? Представляю, сколько усилий Дима вкладывает, чтобы восстановить свое имя после скандала, произошедшего из-за меня. Наверняка теперь он злится, что я вновь все испортила. Одним своим появлением.

Подумать только, даже здесь я умудрилась подставить Диму. Незапланированная диверсия. Впрочем, сам виноват. Не нужно было начинать все это шоу. Мог бы сразу, как только мы столкнулись на пороге палаты, сделать вид, что не узнал меня.

— Мне нужен адрес той больницы, — внезапно заявляет Щукин. — Имя врача, точная дата, когда ты поступила. Мне нужно все, — рычит в унисон с заведенным двигателем.

— Что? — растерянно хлопаю ресницами.

Одумавшись, тут же выдаю всю информацию. Не знаю, зачем она Диме. Не понимаю его мотивов. Щукин молча кивает, трогается с места и переводит внимание на дорогу.

— Зачем это все, Дима? Почему ты возишься со мной? — выпаливаю прежде, чем успеваю остановить себя.

— Потому что ты моя жена, — бросает безапелляционно и, подумав, добавляет. — Пристегнись.

Глава 5

— Куда мы сейчас? — решаюсь разорвать тишину спустя минут пять.

Надеюсь, Диме хватило времени, чтобы успокоиться.

— Домой, я же говорил, — пожимает плечами, не отвлекаясь от вождения.

— Но… — начинаю я и закашливаюсь от нервов, — у меня нет никаких вещей.

Дима на секунду разворачивается ко мне, изучает, чуть изогнув бровь, а потом возвращается к дороге. Успеваю заметить сдержанную улыбку на его лице.

— Мне нравится твой настрой, котенок, — заметно расслабляется Щукин. — Я сам привезу, позже. Куплю все, что нужно. В том числе, и лекарства. И договорюсь с Владом, чтобы записал тебя в клинику на завтра.

Не верю, что это происходит наяву. Мы сейчас как настоящая семья. А Дима слишком заботливый и внимательный. В чем подвох?

— Оф, Ди-им, — выдыхаю я, не зная, как мне действовать дальше.

Так хочется довериться ему, но… не могу. Отныне я должна быть осмотрительнее и думать о малыше, а не о личных отношениях. Однако помощь Димы как раз необходима мне в данный момент. Чего плохого в клинике, лекарствах и, в конце концов, мужской поддержке? Наоборот. Все это в интересах ребенка, ведь так? Только бы Щукин не обидел меня, как…

Дима, словно почувствовав мои сомнения, протягивает ко мне одну руку, второй продолжая сжимать руль. Берет мою ладонь, быстро подносит к губами и целует тыльную сторону. Легкое касание его губ обжигает, будто оставляет клеймо. Кожа покрывается мурашками, в груди становится горячо, забытые ощущения накатывают с новой силой.