Пять дней отдыха. Соловьи [Повесть, роман]

Вошел Генка и, не глядя на Замятина, поставил на стол початую поллитровку водки. Вынул из тумбочки два граненых стакана, колбасу в засаленной бумаге и ломоть хлеба.

— Наливайте сами, сколько хотите. Меня эта гадость все равно не берет.

— Не пью, — ответил Замятин и, тут же подумав, что Генка поймет его неправильно, мягко объяснил: — Врачи запретили.

— Сказали бы раньше, — еще больше насупился Генка. — Не стал бы врываться к этим пьяным одноклеточным. Стащил у них со стола под общий утробный вой.

— Отнесите назад. Они будут довольны.

— Черт с ними, обойдутся! — Он сел на обшарпанный стул, исподлобья, сумрачным взглядом стал рассматривать Замятина. — Я представлял вас другим: с лысиной и животиком.

— Почему?

— Откуда я знаю? Представлял, и все!.. Ну, а теперь, скажите, что я щенок, что у меня молоко на губах не обсохло, что я не знаю жизни — в общем, весь маникюрный набор для чистки коготков у мальчиков. Ну, говорите же! Ей-то говорили!

— У вас богатое воображение, Храмов. Вы лепите образ, как опытный фельетонист. Где вы подцепили такой яркий ассортимент стандартов?

Замятин сел на край кровати, потому что второго стула в Генкиной комнате не было.

— Острите? — Генка наклонил вперед голову, уголки его скул вздулись. — А я не желаю острить.

— Жаль. Это иногда помогает.

— Вам?

— Всем. Не верите, спросите у папы с мамой.

— Я детдомовский. Может быть, поэтому лишен чувства юмора. Когда я спрашивал там: кто они, мои родители, воспитатель объяснял: «Была война». Вы, конечно, забыли об этом.

— Хотел бы, да не получается.

— У таких, как вы, все получается. — Его толстые губы сжались, вытянулись и будто стали деревянными. — Все тишком, тишком. Придут, напакостят и на цыпочках в сторону. Гнусная порода. Сверху праведник, внутри пахотливый жук. Такие-то и растлевают до неверия. Ненавижу.

Замятин знал, что сейчас нельзя отступать ни на шаг. Только вперед и спокойно. Он посмотрел на Генку открыто, даже подался к нему.

— Послушайте, Храмов, вы затащили меня в свою берлогу, чтоб влепить этот плевок? Имейте в виду: я не привык утираться.

— А откуда я знаю, зачем затащил вас! Хотел сначала проверить: струсит или нет. Если бы струсили!

— Вам очень нужен этот бой быков?

— К черту! — воскликнул Генка и вскочил, чуть не опрокинув стул. Замятин не шелохнулся. — А вы что думаете, я должен лобызать вас за то, что вы уводите Лену?

Он пробежался по узкой комнате, сделав несколько неуклюжих шагов.

— Модненького всепрощенца захотели увидеть. Да? Берите, мол, я умненький, я кибернетику знаю. Хватайте мою невесту, а я буду стоять в сторонке и умиляться своим благородством: ах, какой я хороший, разумом обуздал чувства. А фиги с маслом не хотите?.. Вот такой фиги не хотите? Да вы понимаете, что я люблю ее?! Или уж вы это слово забыли?