За фасадом сталинской конституции. Советский парламент от Калинина до Громыко

8 января 1938 г. на заседании Группы ВКП(б) Президиума ВЦИК было принято очередное решение об изгнании из рядов российских парламентариев: «Вывести из состава членов ВЦИК 16-го созыва Махарадзе Г. К., Фомина В. К., Вайшля И. С., Алксниса Я. И., Вельша А. А. (курсивом выделены члены Президиума ВЦИК 16-го созыва{707}. – С.В.), Новикова И. Ф., Эпштейна М. С., Кириллова Ф. Д., Кричевского Б. Л., Доржиева Д. Д., Неманова А. П., Саметдинова А. А., Булат И. Л., Патрикеева Н. Н., Алексеева А. А., Интутова И. К. Настоящее постановление внести на утверждение ЦК ВКП(б)»{708}. Вопрос внесла Прокуратура РСФСР, которую на заседании представлял ее руководитель Н. М. Рычков{709}. Как и во времена Декабрьского 1936 г. Пленума ЦК ВКП(б), на том же заседании Партгруппы был рассмотрен конституционный вопрос – об одобрении и внесении на утверждение в ЦК ВКП(б) Положения о выборах в Верховный Совет РСФСР{710}.

С 11 по 20 января 1938 г. состоялся еще один Пленум ЦК ВКП(б), совпавший по времени с проведением первой сессии Верховного Совета СССР (12–19 января). В научном сообществе отсутствует однозначная оценка данного пленума: часть исследователей считает его сигналом к сворачиванию массовых репрессий, часть – обыкновенным перерывом в работе троек{711}. Как в первом, так и во втором случае вовсе не случайно, что И. В. Сталин поднял тост за «органы бдительности во всесоюзном масштабе, за чекистов – за самых малых и больших», и персонально за Н. И. Ежова на товарищеском ужине для депутатов Верховного Совета СССР 20 января 1938 г. Сам нарком внутренних дел СССР заявил в своем выступлении перед украинскими товарищами на совещании, состоявшемся 17 февраля в присутствии первого секретаря ЦК КП(б) Украины Н. С. Хрущева: «…если вы возьмете нашу внутреннюю обстановку в стране, то вы поймете, что она довольно сложная и в ней нужно уметь работать. Такой чекист, который не понимает, что такое агентура, который не шевелит мозгами и не способен этого делать, он теорию может подвести под любую категорию. Он скажет: “Позвольте, у нас есть достижения, успехи у нас растут, народ приветствует, недавно выборы прошли, проголосовали за правительство так, как ни в одной стране не голосуют, а вы требуете агентуру заводить, кого-то освещать”»{712}. Ежов признал подобное отношение в корне неверным{713}.