Сюрприз для советника

— Что мне сделать, чтобы ты больше никогда не плакала, Альма? Хочешь, я его убью? Вызову на дуэль и убью? И не нужен будет никакой королевский суд?

— Не… надо… — я посмотрела на Тиарнана, он смотрел на меня с непередаваемой нежностью, и я обняла его, прижавшись лицом к его груди. Меня обволакивал запах мужчины, и я почувствовала лёгкие поцелуи сначала в шею, а затем — в губы. В дверь постучали. Тиарнан с трудом оторвался от меня и на мой немой посыл: «не открывай!», сказал:

— Это доктор, пусть тебя осмотрит!

Сухонький старичок с маленькой бородкой осмотрел мои синяки и ссадины на руках и ногах, опухоль на губе от удара, оставил вонючую мазь, покивал головой и вышел. Тиарнан вошёл не сразу, видимо, о чём-то расспрашивал лекаря.

— Как… я… завтра… буду… — кое-как сказала я, пока мужчина смазывал мне запястья и лодыжки. Подол моего платья опять начал задираться, и Тиарнан дотронулся до коленей, которые тоже нестерпимо ныли. Движения его пальцев были нестерпимо чувственными и ласковыми, и я расслаблялась, откинувшись на подушки. Икота постепенно проходила, и я вдруг почувствовала, что пальцы мужчины решили забраться повыше, и попробовала свести ноги вместе. Но у меня плохо получалось шевелиться!

Я как-будто вся была окутана чувственностью, которую излучал Тиарнан, его глаза горели. Он наклонился надо мною и поцеловал меня. Остальное я уже плохо помнила, но когда я проснулась рано утром, обнажённая, в этой же комнате в объятиях Тиарнана, я улыбнулась, обратившись про себя и к Свету, и к Тьме: «Я прошла инициацию, но не собираюсь становиться ни тёмной, ни светлой ведьмой! Вы меня разочаровали!» Я вскочила с кровати и подошла к зеркалу: на меня смотрела молодая, красивая, уверенная в себе женщина с горящим взглядом, длинными, почти до колен, волосами, сверкающей белоснежной кожей! А из моих глаз, по моему приказу, появился серый туман, и тут же пропал!

Тиарнан зашевелился на постели:

— Милая, ты уже встала? Как ты?

— Всё прекрасно! — я, улыбаясь, подошла к нему и поцеловала его в нос.

— Твои синяки… они пропали…

— Да! — я потянулась. — Такое утро! Вставай! — из открытого окна доносились трели птиц и шум просыпающегося дворца.

— Альма, ты не сердишься на меня, что я не дождался нашей с тобой первой брачной ночи?

Я захохотала: на меня вчера напали, и я могла провести свою «первую брачную ночь» не так радужно и не с мужчиной, в которого я влюблена!

— Ты не боишься слухов? — продолжил он пытать меня вопросами, обнимая.

— Боюсь, но раз мы всё равно поженимся, то пусть поговорят, а свадьба закроет все рты разом!

— Точно! Смотри, что у меня есть! — он вытащил из-под подушки кольцо с огромным серым камнем, перевязанное серой ленточкой.

— Что это, Тиарнан?

— Это помолвочное кольцо с миентским кристаллом…. Надень его!

Я его надела на безымянный палец левой руки. После свадьбы традиции обязывали поменять руку…

— Теперь ты под моей родовой защитой! И если не захочешь, то никто не сможет снять с пальца это кольцо!