Детектив и политика, выпуск №1(5) 1990

Через несколько часов Осборн и «Кервилл сядут в самолет… Он еще раз оценил точность, с какой Осборн планировал свои приезды и отъезды. Унманн испугался, что рейс, которым ларь с соболями Кости Бородина отправится в Ленинград, вдруг задержится. На какой срок можно без риска усыпить маленьких животных? Часа на три? На четыре? Более чем достаточно. А по дороге из аэропорта на вокзал Унманн вколол им еще дозу. Вывезти ларь за границу на самолете было нельзя из-за досмотра. И его отправили местным поездом на тихую пограничную станцию. Осборн приехал туда на автомобиле несколько раньше. Пакгауз на финской стороне, как ему объяснил майор, практически не охранялся. И Осборн незаметно вошел туда, а в его пальто наверняка были вшиты особые карманы. Был ли у него сообщник среди финских пограничников? Какая разница! Ведь весь свой путь ларь проделал без всякого его участия.

Костя Бородин, Валерия Давыдова и Джеймс Кервилл погибли в парке Горького, а Джон Осборн увез за границу шесть отборных живых и здоровых баргузинских соболей.

Аркадий отправляет мешок по почте, проникает к себе домой через подвал, чтобы остаться незамеченным, переодевается в парадную форму старшего следователя и слышит музыку в квартирах выше и ниже этажом: из Кремлевского Дворца съездов передают "Лебединое озеро". Сунув пистолет под китель, он едет на такси в центр.

Аркадий отдал последний рубль таксисту и пешком дошел до площади Свердлова. Он увидел Уильяма Кервилла: тот вышел из "Метрополя" и направился к туристскому автобусу — в бежевом дождевике и твидовой шляпе с узкими полями он был неотличим от других американцев, стоявших у автобуса.

Издали заметив его, Кервилл делает ему знак не подходить. Позади автобуса стоит машина "с нарядом милиции". Аркадий беззвучно произносит: "Осборн", но Кервилл его не понимает. Затем Аркадий перехватывает Осборна у Троицких ворот Кремля, когда тот подходит к автомобилю, чтобы ехать в аэропорт. Услышав от Ар кадия, что "следствие завершено", Осборн говорит: "Мне надо успеть на самолет. Через неделю Унманн принесет вам десять тысяч долларов. Если хотите, ту же сумму в любой другой валюте. Главное, чтобы все были довольны. Если Ямской завалится, а вы не дадите впутать меня в это дело, то эта услуга будет стоить еще дороже. Поздравляю: вы не только привели дело к блестящему финалу, но и извлекли из него максимум выводы. Будь это арест, меня бы уже везли на Лубянку! Следовательно, вы могли прийти только за деньгами". Аркадий в ответ берет его под прицел и объясняет, что стоит Осборну опоздать на самолет — и для него все будет кончено: "Мы возьмем вашу машину, прокатимся немножко и объявимся в управлении КГБ какого-нибудь заштатного городка. Естественно, они сразу же свяжутся с Лубянкой. Конечно, к вам отнесутся со всей предупредительностью, но кое-куда позвонят, осмотрят клетки в Люблино, доставят в Москву небезызвестный ларь". В ответ Осборн извлекает из кармана платок с узором из пасхальных яиц, который Аркадий подарил Ирине, и предлагает простой обмен: "Меня — за нее. Я скажу вам, где она. И учтите, времени для размышлений у вас нет! Там, где она сейчас, ей оставаться недолго. Вы не можете не понимать, что я без колебаний продам своих сообщников, лишь бы не опоздать на самолет. Мы оба теряем драгоценное время”. Аркадий соглашается и узнает, что Ирина возле фонтана в сквере у университета на Ленинских горах.