Жизнь

– Мари, звала тебя в гости, – мягкий голос Латти нарушил молчание.

Я оторвала взгляд от спящего ангела и встретилась глазами с его мамой.

– Ты знаешь, почему я не могу ее навещать, – вздохнула я. – По той же причине и к вам я долго отказывалась приезжать.

– Зоя, – позвала меня Ньевес. – Причин для беспокойства нет. Пока ты жена моего сына, мерзавец ничего…

– Так! – чересчур жизнерадостно перебила ее невестка. – Напоминаю, сегодня Рождество. Это волшебный, сказочный праздник, который, к тому же, предвестник нового года и новой жизни! Не будем же портить настроение подобной темой разговора. Договорились?

– Моя невестка как всегда мастер дипломатии! – раздался ироничный голос Себастьяна, и все взгляды устремились в сторону дверного проема.

Будущий герцог не спеша продвигался вглубь комнаты.

Мои глаза с трудом улавливали в этом человеке знакомые черты. Всколоченные темные волосы, исхудавшее лицо с ссадинами на смуглой коже. Расстегнутая на пару верхних пуговиц черная рубашка и такого же цвета брюки в сочетании с серым пальто – оставались единственными элементами стиля прежнего Себастьяна. Но теперь они сидели на нем так, будто он у кого-то их одолжил. Взгляд… Нет, он совсем не тот. Холодный, горящий безумным огнем и потерянностью. Я задрожала, когда он скользнул им по мне, словно обдал волной горечи и обвинения.

– О, Себастьян! Как же мы рады, что ты приехал! – поднялась к нему мать и обняла.

Однако ее объятия оказались невзаимными. Руки Себастьяна так и остались в карманах пальто и герцогине, с явным чувством отверженности, пришлось отстраниться от сына. Хотя, разве она не привыкла к такому отношению?

– Что с твоим лицом? – хмурилась Латти, изучая Себастьяна.

– Следы новой жизни, – бросил он и посмотрел на малыша на моих руках. – Тебе идет.

Мое сердце дрогнуло, а дыхание сбилось. Я так и не смогла отвести от него глаз. Мне идет материнство? Отчаянно захотелось попросить его доказать мне это.

Господи, я так его люблю!

Память упрямо доставала картинки с нашей последней встречи. Я слышала его слова, чувствовала грубые пальцы и тяжелые выдохи…

Я тряхнула головой, желая прогнать эти ведения и страх, что сковывал меня медленно, но уверенно.

– Я на минуту заехал, – деловито говорил тем временем Себастьян, глядя на Злату. – Мне нужен Виктор.

– Он в кабинете с вашим отцом и Гаспаром… – чуть замявшись, ответила та.

Но когда он кивнул и развернулся, намереваясь уйти, то перегородила ему путь:

– Но тебе к ним сейчас нельзя. Прости.

Напряжение вмиг наполнило комнату, словно вытеснив весь кислород. Я также поднялась на ноги и передала своего крестника Ньевес.