Ледяное забвение
- Автор: Ковалевский Александр
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга»
- ISBN: 978-617-12-9246-8, 978-617-12-9247-5, 978-617-12-8945-1
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Ледяное забвение». Краткое содержание книги:
В рамках оперативного сопровождения дела он дал сегодня поручение оперчасти СИЗО плотно поработать с подследственным, который полез на рожон, и операция по принуждению строптивого арестанта к сотрудничеству со следствием, наверное, уже началась. Режим содержания в следственном изоляторе может быть очень разным. Мягким для тех, кто согласился на «явку с повинной», и строгим и очень строгим для «отказников». Сохранить «явку с повинной» — это прямая задача тюремных оперов, которые для выполнения плана по раскрытию преступлений должны побуждать ранее уже давших «чистосердечные показания» к признанию в еще каких-нибудь преступных деяниях.
Как именно оперчасть будет выполнять его поручение насчет Еремина, «важняка» Ползучева мало заботило. Сегодняшний вечер, например, он собирался провести с давно набивавшейся ему в жены бывшей однокурсницей — сексапильной блондинкой Мариной Коноплевой. Секс с изобретательной в постельных забавах Маринкой занимал его куда больше, чем рутинное расследование уголовных дел.
Самые главные ошибки подследственные допускают на первых допросах. Именно первичные показания, какими бы методами они ни были получены, учитываются в суде прежде всего. И если до суда к подсудимому была применена мера пресечения в виде ареста, то будь он хоть трижды невиновен, его шансы выйти на волю без приговора, связанного с лишением свободы, весьма и весьма призрачны. И в случае, если отказавшийся от своих первых признаний обвиняемый ссылается на то, что он их дал под давлением со стороны следствия, суд, скорее всего, встанет на сторону следствия. Подсудимый уже отсидел какое-то время в СИЗО (а суда можно дожидаться и месяц, и год, и два), и если ему вынесут оправдательный приговор, то получается, что человека держали в тюрьме незаконно. Отвечать за это должны следователь, избравший ему меру пресечения в виде заключения под стражу, и судья, вынесший соответствующее постановление, потому арестованных подследственных суд старается не оправдывать. Такая вот корпоративная солидарность служителей Фемиды, о которой Игорь Еремин, в общем-то, знал, но надеялся на собственную исключительность. Когда налоговая милиция в отместку за острые публикации бросила его за решетку по липовым обвинениям (был бы человек, а статья найдется), столько людей тогда боролись за его освобождение, что налоговики, испугавшиеся поднятого в прессе шума, быстро пошли на попятную, и сфабрикованное против него уголовное дело было благополучно закрыто. Сейчас, после его «чистосердечного признания» и предсмертных показаний Купреянова, что они якобы собирали информацию о Баранникове для киллера, рассчитывать на широкую поддержку общественности не приходилось.
Игорь понимал, что в такой ситуации ему очень непросто будет доказать, что он не верблюд, и уже начал сожалеть, что отказался от адвоката. В суде он и сам сможет за себя постоять, а вот в следственном изоляторе для связи с внешним миром адвокат ему бы не помешал. Разжившись у сокамерников карандашом и бумагой, он подробно описал свои детективные злоключения и привел аргументы и факты, убедительно (на его взгляд) свидетельствующие, что уголовное дело против него сфабриковано. Оставалось лишь передать эту «маляву» своим бывшим коллегам-журналистам. Как и в общих камерах, в «тройниках» была налажена связь между арестантами — так называемая «дорога». Обменяться посланиями с соседними камерами можно с помощью «коня» либо найти «ноги», которые передадут записку в нужную камеру или на свободу.
«Коня», тугую веревочку, плетут из ниток распущенной для этой цели какой-нибудь вещи, а затем привязывают к нему грузило. Арестанта, у которого лучше всех получается «гнать коня», называют «конегоном» или «дорожником» — он отвечает за «дорогу». Наладить ее — задача непростая. Тюремное окно изнутри защищено решеткой с мелкими ячейками, в которые больше спичечного коробка ничего не пролезет, за ней — застекленная рама и мощная решетка из арматуры. Снаружи окно закрывает «намордник» — металлический лист, затрудняющий доступ в камеры солнечного света и свежего воздуха. «Намордники» были изобретены еще во времена сталинского ГУЛАГа специально для борьбы с «тюремным телеграфом», но находчивые арестанты всегда найдут способ, как наладить связь между камерами (в крайнем случае — через канализационные стояки), и без «дороги» не останутся.