Хочу сны. Игра уравнителей

– Ты врёшь, – выпалил Ньютон. – Не будет никакого конца света.

Корвич молчал и лишь внимательно посмотрел в глаза молодого сноходца.

– По-твоему не глупо рассказывать всё это мне?– спокойнее сказал Ньютон. – О Лиге? О возрождении? Почему мне не убить тебя и не рассказать обо всём Гуру? Я ведь член Ордена!

– Член Ордена? – Корвич насмешливо прыснул. – Это ты так решил, или они тебе так сказали?

От этих слов Ньютон почувствовал внезапную злость и сильнее надавил копьём в горло врага:

– Что ты имеешь в виду?

– Думаешь, они приняли тебя в свою семью по доброте душевной? – просипел Корвич и судорожно слизнул кровь с губ. – Думаешь, подарили тебе сказку, помогли обрести себя и всё такое?

Ньютон не знал что ответить.

– Они используют тебя, парень. Думаешь, они тебе друзья? Как бы ни так. У Гуру нет друзей. И все, кто его окружают, для него всего лишь расходный материал.

– Твои слова…

– Чистая правда, – перебил Корвич и добавил. – Думаешь, это ты их выбрал? Нет, дружок. Это они тебя выбрали и промыли мозги. Гуру и его девчонка. И ты бы понял это давно, если бы задавал правильные вопросы. Хотя бы самому себе…

– Правильные вопросы?

– Например, почему девчонка открыла тебе свою комнату? Как они вообще нашли тебя? Почему приняли? Почему Гуру ничего тебе не рассказал о войне с Лигой до прихода сюда? И почему он делает всё, чтобы ты лишился своего прошлого?

– Он не… – хотел ответить Ньютон, но словно онемел. – Он ничего такого…

В голове заворошились воспоминания тренировок с учителем и его «правила». «В мире снов лучше называться прозвищем». «Лучше разделять свою жизнь в реальности, и жизнь в мире снов». «Ты же знаешь, мы не обсуждаем наши реальные жизни».

– Ага, вижу, ты начинаешь въезжать, – легче произнёс Корвич, когда остриё перестало до крови пронзать кожу. – Этот демон делает всё, чтобы ты чувствовал себя одиноким и нуждался в его покровительстве. А затем ты сам отдашь то единственное, что ему нужно от тебя.

– И что же это?

Корвич ухмыльнулся:

– Так, самая малость – жизнь.

Ньютон недоверчиво покачал головой:

– Ты всё выдумываешь, – запротестовал он. – Гуру предупреждал… предупреждал, что ты это скажешь, – затем он замолчал, собираясь с мыслями. – Зачем ему моя жизнь?

Златозубая улыбка Корвича постепенно ослабла, и в темноте остались различимы только два серых глаза.

– За тем же, зачем ему нужна была жизнь твоего брата.

От этих слов всё, что заставляло Ньютона крепко стоять на ногах в этом странном мире, куда-то бесследно пропало, и копьё выпало из его обессиленной руки. Он сделал шаг назад, не отводя глаз от Корвича, затем ещё один и лишь ступив в воду остановился.

– Вижу, ты знаешь о себе не больше, чем о своём брате, Залевски, – в голосе Корвича возникли призрачные нотки сочувствия.

– Ты знал Артура? – с трудом отыскав дар речи, спросил Ньютон. – И откуда ты знаешь, как меня зовут?

Истерзанный пленник с трудом поднялся на ноги и, казалось, хотел ответить, но снаружи снова донёсся голос Гуру.