Мокрый не боится дождя

— Ба-бай! Те-а-ле!

Звонил издатель и редактор местного журнала «Голос улицы» и предложил сделать материал на украинскую тематику: работа посольства в бытность Виктора Черномырдина.

Два добрых часа он посвятил плану будущей публикации, с досадой отмечая, что его мозг всё время стремится переключиться на «третий глаз» Титочки. И он сдался. Его ладонь плотнее обхватила «мышку». В глубинах мозга завертелся свой «кубик Рубика».

У кого имелся третий глаз? У циклопа или цербера? Теперь он уверен, что у циклопа.

Белозерцев оторвался от монитора и спустился на цокольный этаж. Жена гладила бельё.

Он набрал воды. Дания Рафаэлевна глянула на мужа с одобрением. Она тоже придерживалась того мнения, что жидкости надо пить много.

— Дана, скажи, пожалуйста, а эти новообразования… Их называют «жировиками»… Они опасны?

— Не думаю. По крайней мере, при своевременном обращении к медикам это ничем не грозит.

«Опять она про это своевременное обращение… Нет, не пойдёт он на обследование! Во всяком случае, пока…»

— А ты помнишь эту девочку… Из Польши?

— Как можно её забыть, если она на всех Костиных снимках красуется?

— А у её отца, кажется, было что-то подобное. На лице.

— Честно говоря, не обратила внимание.

— По-моему, супружница у него милашка.

— Да, привлекательная. Только мне показалось, что она… — Здесь Дания Рафаэлевна поставила утюг на подставку и принялась складывать готовый пододеяльник.

— Что же тебе показалось?

— Что эта пани избегала нас. Ну понимаешь…

Белозерцев понял. Из-за Костика. «Пани Валенса» испытывала неловкость из-за того, что их внук проявляет интерес к их дочке.

Он залпом выпил второй стакан воды, а поднимаясь к себе на мансарду, ощутил бульканье в желудке. Пожалуй, с питьём он погорячился.

Павел Петрович снова сел к монитору и вышел на украинские информационные ресурсы. Никаких новостей за минувший отрезок времени не появилось. Тогда, чтобы избавиться от осадка, связанного с Костей, он принялся размышлять над очередным «дежавю».

Итак, заместитель командира батальона «Азов» имеет сходство с поляком из «Парадиза». Если бы не знаменитые усы Леха Валенсы, в остальном…

Нестерпимо захотелось в туалет. Едва успел опорожнить переполненный мочевой пузырь, как приехала логопед-дефектолог. Её распахнутые глаза и тоненький голосок напоминали актрису Янину Жеймо из старой советской ленты «Золушка». По забавившему супругов совпадению педагога звали Яной. Она приезжала на Светлополянскую в автомобиле с собственным шофёром — угрюмым молчаливым увальнем, дожидавшемся её на цокольном этаже за чашкой чая. Ходили слухи, что малый являлся когда-то обитателем местного невролого-психиатрического интерната, но благодаря таланту и квалификации Яны Викторовны, его дебильность, якобы, чудесным образом была преодолена — настолько, что удалось скорректировать диагноз, и в итоге он смог жить вне стен специализированного учреждения. Если это и была легенда, то красивая. Не исключалось, что запущенная самой Яной Викторовной. Костиных бабушку и дедушку это не смущает. Им достаточно и того, что специалист оказывала на внука самое благоприятное воздействие. И это она удостоилась звания самой первой Русалочки.