Шофёр Тоня и Михсергеич Советского Союза
- Автор: Горюхин Юрий Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Шофёр Тоня и Михсергеич Советского Союза». Краткое содержание книги:
Юрий Горюхин главный редактор журнала «Бельские просторы». Финалист премии Белкина. Дважды финалист премии имени Юрия Казакова. Лауреат премии им. Ст. Злобина. Шорт-лист премии имени Бажова. Шорт-лист Чеховского конкурса «Краткость – сестра таланта». Заслуженный работник культуры РБ.
Содержит нецензурную брань.
– Живого?! Он же шевелиться будет! – побледнел Шишкин.
– Живого! Рыба на мертвого не клюет! Покажет, как на крючок насаживать, – Леля опять потянулась к телефонной вилке, но резко отдернула руку, услышав звонок.
«Как жизнь? – спросил Калмыков. – Как дети, растуды их? Жена с тещей, растуды обеих? Футбол смотрел вчера, растуды его? Не, ну какой там мог быть пенальти, растуды этого судью?! Азгаровна твоя, растуды ее, говорят, в Москву метит? Шарунас, туды его растуды, жаловался, ты у него молодых девок, растуды их всех, сманиваешь, Тоньку Загубину за собой таскаешь, туды тебя растуды? Ну ладно, бывай!»
– И?! – в тревоге спросила жена Леля.
Шишкин недоуменно протянул ей горячую трубку и пожал плечами:
– Матерится…
– Как?.. – растерялась Леля, вытерла белой тряпочкой трубку и положила на телефон.
– Я ж говорю, пусть банки с балкона забирает, крышки из кладовки берет и в машину тащит! На дачу едем! – пихнула кулачком Шишкину в спину теща Серафима.
Вновь зазвонил телефон. Все вздрогнули и замолчали. Шишкин вытянул из рук жены Лели белую тряпочку, положил на трубку и после этого поднял ее.
«Совсем забыл, растуды мою плешь! – рявкнул Калмыков. – Ты, растуды, туды и еще раз туды, на рыбалку-то собираешься? Тогда, чтобы около моего подъезда в пять часов, как штык, туды его!»
Глава шестая
Глоток воздуха, глоток свободы
7 апреля
– «Комсомолец» затонул, товарищ главнокомандующий! – доложил министр обороны, – 685-й проект под кодовым названием «Плавник», боекомплект из двадцать двух «Гранатов» и «Шквалов», еще торпеды САЭТ-60М!
Горбачев налил полный стакан «Боржоми» и залпом выпил:
– Единственная в мире! Из титановых листов варили!
– Абсолютный рекорд погружения среди подлодок – 1027 метров! – согласно кивал генерал армии Язов. – С 800-метровой глубины торпеды запускали!
– Деньжищ сколько стоила! – выпил еще полстакана главнокомандующий. – Кто спасся?
– Капитаны Грегулев, Коляда, Заяц, мичманы Анисимов, Копейка, а мичман Слюсаренко с полуторакилометровой глубины в спасательной камере всплыл… всего двадцать семь человек. Сорок два члена экипажа погибли, начиная с матроса Бухникашвили еще при возгорании под водой, заканчивая командиром Ваниным, тоже на дне остался, – мрачно перечислил министр.
– Больше этих лодок на верфях не закладывать! Закрываю проект! – разлил остатки «Боржоми» глава государства и показал на пустую бутылку. – Будешь?
Язов помотал головой:
– Я потом, в обед или за ужином.
Антонина печально вздыхала и время от времени смахивала слезу, Генеральный секретарь ЦК КПСС говорил в телевизоре уже почти час. Высокая миловидная девушка принесла генсеку горячий чай в белоснежной паре, аккуратно поставила на кружевную салфетку и забрала в такой же белоснежной паре остывший чай. Антонина решила тоже подбодрить Михаила Сергеевича:
– У вас, Михсергеич, в Морфлоте беда, и у нас в троллейбусном депо парторг Шишкин на зимней рыбалке по пояс в полынью провалился, весь рыболовный алкоголь, в складчину купленный, утопил! На работу с синяком под глазом пришел, но, говорит, Калмыков с Шаруносом не причем, это он сам поскользнулся на мокром льду и об рыболовный ящик два раза головой ударился.
9 апреля
Антонина толкнула плечом тугую дверь подъезда, выпустила Радика, потом выскочила сама, стальная пружина, взвизгнув, впечатала дверь в косяки, дверь привычно охнула. Антонина поймала за руку Радика, огляделась и вдалеке на углу соседнего дома увидела Костю Мазаева. Антонина радостно помахала Косте. Радик вырвал руку и тоже помахал Мазаеву, потом помахал дяде в измазанной солидолом кепке, меняющему пробитое колесо автомобиля, потом тетям, рассказывающим друг другу о болезнях и талантах своих детей, помахал детям, с воплями бегающим вокруг матерей, махнул дерущимся воробьям, а так же синей луже и плавающему в этой луже перышку. Костя Мазаев близоруко сощурился и не стал никому махать, лишь повернулся к кому-то навстречу. Антонина видела, как к Мазаеву подошла маленькая свирепая женщина с рослым мальчиком в синей школьной форме и тут же дала рослому мальчику подзатыльник. Антонина испуганно приостановилась. Костю Мазаева еще кто-то окликнул, и он обернулся. Из подворотни выбежал Лева Сидоров и стал бурно жестикулировать. Антонина поморщилась и решила спрятаться за ржавый «Москвич», повисший в воздухе на домкрате, но ее заметили и замахали, приглашая в компанию.