Добрыня Никитич и Алеша Попович

Одолели что ль поганые татарева. 175 На ту пору было, на то времячко Богатырей там дома не случилосе, Случилось только два русских два бога́тыря: А молодой Добрынюшка Микитиниц, Смело́й-то Олешенька Попович был. 180 Как говорит Добрыня таково слово: — Ах же ты, Олешка сын Попович был! Седлай-ко ты своего добра коня, Поедем мы с тобой во чисто полё, А станем бить поганыих татаревей, 185 Одолим ли там мы погану́ Литву. Как скоро тут Добрынюшка седлал добрых коней, Кладывал он подпруги на подпруги, А потнички Добрынюшка на потнички, Войлочки что еще на войлочки, 190 Седелышка еще на седелышка, Черкальское седёлко на верёх еще, Ты эты подтяжечки шелковые, А кла́дывает, сам он выговариват: — Не для то мне, братцы, красы-басы, 195 А не для-то ведь было для угожества, Для укрепы мне богатырскии. Поезжат Добрыня, сам наказыват: — Ах же ты, моя молода жена, Да нунь ты Василиста Микулична! 200 Уеду я ведь нунь во чисто полё А бить там я поганыих татаревей, Тую эту там погану́ Литву. Как пройдет поры времечки три́ году, А жив-то я сюда не появляюсь еще, 205 Да тожно ты ведь хоть вдовой живи, А хоть ли ты тут да замуж поди, Столько ты не ходи-тко за Олёшенку Поповица. Как видли молодца ёго сядучи, Не видали там удалого поедучи. 210 Как тут этот Добрынюшка Микитиниц А с тым с этым Олёшенькой Поповицем Ехали они тут во чисто полё. Приправливал Добрынюшка добра коня, Заехал в эту силушку в серёдочку, 215 Как начал бить ту силу татарскую, — Олёшенька стоит там на чистом поле, Как смотрит-то он на братца на крестового, Как бьётся там Добрынюшка Микитиниц. Прибил-то тот Добрынюшка Микитиниц 220 Как этую он силу всю в три́ часу. Как смотрит он на брата на крестового, А на того Олёшеньку Поповица, А смотрит он, глядит, думу думает: — А видно, нет жива да брата-то крестового, 225 А смелого Олёшеньки Поповича. Как ино ведь тут сам Добрынюшка роздумался: — А видно есть путь моя хорошая. Как тут-то поехал что за славно за синё морё, Корить-то там язы́ки всё неверные 230 А прибавлять земельки свято-русскии. Прошло тут поры времечки три́ году. Как тут этот Олешенька Попович сын Приходит к Василисты к Микуличной: — Да ах ты, Василиста Микулична! 235 Да я вчера гулял на чистом поле, А видел я Добрынюшку убитого. Лежит-то он головушкой в ракитов куст, А резвыми ногмы́ да во кувыль-траву. Поди ты, Василиста, за меня замуж. 240 Как говорит, промолвит таково слово А тая Василиста Микулична: — Ай же ты, Олешенька Попович сын! Исполнила я заповедь мужнюю, Прошло нунь поры времечки три́ году; 245 Исполню я-то заповедь свою еще. А пусть-ко станет поры-времечки шесть годов. Тожно тут я ведь замуж пойду. Опять прошло тут времечки три́ году. Как начал тут Олешенька подхаживать 250 А со тыим со князем со Владимиром: — Да ах ты, Василиста Микулична! А я вчера гулял на чистом поле, А видел у Добрынюшки, что косточки ростасканы. Как ино тут тая Василиста Микулична, 255 Тут она еще пороздумалась: — Исполнила я заповедь мужнюю, Исполнила я заповедь свою-то я, — А нет жива Добрынюшки Микитица, А не видать сюда ёго появитися. 260 Пошла тут за Олешеньку Поповича. Как там это Добрынюшка Микитиниц За тыим за славным за сини́м морем, — А там он-то Добрыня на чисто́м поле, На чистом поле Добрынюшка, в белом шатре, 265 А сам он молодец забавляется, Играет он в доски-ты шахматны, А в до́роги тавлеи золоче́ные, А надо собой незгодушки не ведает, Как тут-то ведь ёго молода жена, 270 А тая Василиста Микулична, Как тут она скоро́ да замуж пошла, А за того Олёшеньку Поповица. Как налетал тут голубь со голубкою А ко тому к Добрынюшке к Микитицу, 275 Садились на шатёр на окошечко, Начал голубь по окошечку похаживать, А начал он тут голубь погуркивать, Начал он затым выговаривать, А зве́щевал язы́ком человеческим: 280 — Ах же ты, Добрынюшка Микитинич! Играешь ты в доски во шахматы, В до́роги тавлеи золоче́ные, И́грашь, сам молоде́ц ты проклаждаешься, А над собой незгодушки не ведаешь, 285 А я тебе звещу́ю провещу́ю есть Как есть-то ведь твоя молода́ жена. Молода́ жена, любима семья, Как есть-то ведь уж нунечу заму́ж пошла За того Олешку за Поповича. 290 Ско́чил тут Добрыня на резвыи́ ноги, Со той со досады со великии Как бросил эту доску он ша́хматню О тую о матушку о сыру́ землю, Мать-то что земелюшка продрогнула.