Подглядывающая

Красивая, молодая женщина, попавшая в беду.

Я все рассчитала правильно.

У меня не было вещественных доказательств, но мое лицо и моя история стали лучшими доказательствами.

Репортер вдохновился моей исповедью. Он настаивал, чтобы я приехала в студию на запись программы, но я отказалась, объяснив это тем, что беспокоюсь за свою безопасность – ведь вместе с личностью Эя, наверняка, вылезут и другие, весьма неприглядные, истории. Эта ремарка подлила масла в огонь репортерского энтузиазма.

Я рассказывала свою историю на камеру больше четырех часов. Уезжая, репортер сообщил, что обязательно свяжется со мной.

Но, что удастся репортеру, то удастся и Эю. Так что, по дороге в Питер я избавилась от сим-карты мобильного телефона.

Я ждала дольше недели. Ждала, ждала и ждала, просматривая каждый выпуск новостей, постоянно обновляя страницу сайта телеканала.

Я толком не ела и не спала. Ожидание превратилось в месиво минут и часов, хаос тусклого света и вязкой темноты. Помехи голосов телеведущих, песок в глазах. Кресло, казалось, приняло форму моего тела.

Сережа бродил за моей спиной, но ни разу не заговорил со мной.

То, на что я решилась, было апофеозом моей битвы с Эем. И битвы с самой собой – если говорить начистоту. Еще год назад я бы даже представить не смогла, что осмелюсь на интервью для телеканала. И, тем более, что сама напрошусь на него.

Что брошу все – и уеду в город, с которым меня связывает только фантазия.

Что решусь напроситься на работу, требующую общения с людьми.

Что затею игру, достойную агента 007, чтобы не попасться Эю.

И вот на экране появляется заставка с названием передачи: «Битва гениев».

Дрожащей рукой я делаю звук погромче...

Да, я все рассчитала.

Кроме одного.

Полуторачасовая передача получилась вовсе не обо мне. От видеозаписи остались считанные кадры, которые разбавляли историю противостояния двух гениев – Стропилова и Эя.

Никто не собирался закрывать выставку. Никого не заботило обнародование фото без согласия модели.

Более того, мое фото в спальне Эя демонстрировали снова и снова. Эксперты высказывали мнение, действительно ли оно снято тайно. Оценивали его художественные достоинства.

Одним из главных вопросов передачи стал: «Где скрывается непризнанный гений, автор «кошмарной» фотографии?». Да, журналисты дали моему снимку название.

Во время интервью я рассказала все, что знала об Эе. В том числе, адрес его дома и название бара, в котором Эй часто бывал. Самого Эя репортеры найти не смогли, но раскопали его школьные фотографии. И узнали его настоящее имя.

Адам Черный.

Имя, будто специально созданное для того, чтобы украшать выставочные афиши и красоваться на глянцевой бумаге фотоальбомов.

Имя, идеально ему подходящее, – будто именно оно сделало Эя таким, какой он есть.

И теперь для миллионов людей это имя стало символом тайных фото. Гениальных тайных фото.