Расставание в голубом. Глаза с желтизной. Оранжевый для савана

— Время ночное, друг, улица словно вымерла, все закрыто. Но вы же знаете этот город, улица его с севера на юг пересекает, кто там только не проезжает. Фонарей почти нет, и полно боковых улочек. Я открылся по-настоящему рано, и утром, перед тем как открыться, вышел, осмотрелся и все просек. Эти ребятки мчались как полоумные, не глядя по сторонам. И прямо посреди квартала вдруг эта женщина, по всему видать, что набралась, и выходит, покачиваясь, прямо перед их носом. А на такой скорости пареньку, что за рулем, и думать нечего о том, чтобы остановиться. Так какой для них самый логичный выход? Что бы я на их месте сделал, а, друг? Мы бы с тобой рванули к тротуару и врезались бы в бортик, прямо перед ней. Так? И вот она видит несущиеся на нее фары и, вместо того чтобы продолжать идти — тогда все было бы в порядке, — разворачивается и пытается двинуть в обратном направлении. Бам! Так вот. Он себе летел во весь опор, да так и сбил ее, там, в полуметре от тротуара, правой стороной украденного автомобиля задел. Там еще осколки стекла валялись, где ее сбили, да еще полицейские кровь мелом присыпали или чем-то в этом роде. Я так вычислил, что бедняжка метров десять пролетела. Они потом все шлангом смыли. Но тогда, утром, видно было, где она ударилась, прямо напротив банка, под окном второго этажа, и отскочила от каменной стены, скользящий удар такой, а приземлилась-то на тротуар уже мертвой, еще на пять метров дальше. Так что и получается, как сообщили, в пятнадцати метрах от того места, где была сбита, и, друг, могу на что угодно против доллара поспорить, что она, бедная, и не почувствовала ничего. Если здраво рассуждать, становится ясно, почему следов от торможения не было и почему никто в машине не почувствовал удара, когда ее сбили. Они понимали, что нет никакого смысла выяснять, насколько сильно она пострадала. Однажды, лет пять или шесть назад, я ехал по штату ночью в заданном направлении по семидесятой дороге, прямой как струна, пустой абсолютно, и вдруг откуда ни возьмись крольчиха на дорогу выскочила, ну, я ее и задавил насмерть, метров на пять отлетела, стукнулась о радиатор и на капот шмякнулась. Я резко на тормоза нажал и съехал в кювет, почти на краю поля остановился, то есть метрах в пятнадцати от шоссе, хорошо еще, жив остался. Я вам вот что скажу: когда на что-то живое наезжаешь, такой глухой звук раздается, аж сердце замирает. Но ни крольчиха моя, ни эта женщина так и не узнали, что их сбило.