Вьетнамские каникулы, или Записки дауншифтера
- Автор: Кирсанов Герман Иванович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Остросюжетные любовные романы
Электронная книга - «Вьетнамские каникулы, или Записки дауншифтера». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
– По-вьетнамски кот – «мяу дык», а кошка – «мяу кай». В отношении английского варианта точно не знаю, но по-моему австралы называют кота – «he-cat».
– Понятно, – произнесла Наташа, и о чем-то задумалась.
– А ты знаешь, меня тут чуть не убили, причем два раза. Один раз пьяный русский учредос, а второй раз вьеты.
– Да ты чего? – оживилась ночная собутыльница.
– Первый раз на открытии, но тут мало чего интересного, а второй раз в День Поминовения Усопших.
– Это когда они деньги жгут?
– Да. Представь, выхожу из нашего ресторана, а под деревом сидит вьет, из соседней кофейни, и жжет фальшивые доллары. Огонь палит бедное деревце, а ему хоть бы хны. Я начинаю возмущаться. Так мол и так, чего ты сволочь делаешь? Зачем дерево портишь? И действительно, отошел бы на пять метров к дороге и никому бы не мешал. Он не обращает на меня внимание, хотя я на ломаном вьетнамском объяснил ему, что: «палить дерево нехорошо, дереву больно». Короче, результат переговоров – «ноль». Вьет продолжает жечь деньги. Тогда я аккуратно решил эту урну передвинуть ногой подальше от дерева, но случайно повалил ее набок. И что ты думаешь, сделал этот молодой наглец?
– Что?
– Он, как заорет благим матом на своем языке, и как зафутболит урну с горящими деньгами ногой так, что она покатилась на дорогу. Естественно на этот ор обернулись люди из соседней кафешки. И что они увидели? Стоит чужеземец, урна с пеплом из денег валяется на дороге, а молодой вьет криком объясняет, что это я ударил урну, выражая ненависть к местным усопшим.
– А зачем они вообще жгут деньги?
– Вьетнамцы считают, что сжигая деньги, они отправляют их в потусторонний мир, своим предкам, а взамен духи помогают живущим обрести материальные блага. Если ты заметила, на каждом углу здесь продают фальшивые деньги. Причем на стодолларовых купюрах вместо строчки: «Соединенные Штаты Америки», по-английски написано «Банк Загробного Мира». Каждый месяц они делают такую процедуру, но тот день был особенный.
– И что дальше?
– А дальше народ, видя, как пришлый человек оскверняет их обряд, решили меня убить, ну или по крайней мере избить. Вся эта подвыпившая толпа ломанулась ко мне с какими-то палками и стульями в руках. Объяснять им, что я ни в чем не виноват не было времени. Единственно верное решение было скрыться в здании ресторана. Но и двери ресторана их не остановили. Люди орали, визжали, напирая друг на друга с диким желанием первым стукнуть меня по «тыковке».
– Вообще-то такое поведение не типично для вьетнамцев.
– Согласен. Обычно, они не разобравшись, никого не бьют, тем более иностранца. У них всегда присутствует прелюдия, а уж после начинают «мочить», причем сразу на поражение. Возможно, что-то такое проорал этот молодой сжигатель деревьев, а может, после того, как они увидели, что я трусливо убегаю, решили, что «белый» сделал что-то не подобающее. Благо, именно в этот момент приехал Хынг. Видя людскую толпу с палками, он сразу что-то крикнул так, что все замерли. Возможно исход решило еще и то, что в этот момент он был в форме. Думаю, ты видела, что работники эмигрейшен ходят в форме, похожей на военную, а у него должность то ли полковника, то ли генерала. Уж не знаю, что там ему обо мне рассказывали, но он сразу определил главных соискателей на мое тело и взяв из бара две бутылки русской водки, отправился в соседнее заведение с группой товарищей, улаживать международный конфликт.
– И чем все закончилось?
– Да ничем. Через час вернулся Хынг и сказал мне, чтобы я больше так не делал. Попытки объяснить, как все случилось, успехом не увенчались. Верить мне он, видимо, не собирался. Возвращаясь домой, я обнаружил, что колеса на моем мотике порезаны. На этом месть «соседей» закончилась.
Опять возникла пауза.
– Ну что, давай еще выпьем? – предложила Наташа.
– Давай, только «Мартини» уже теплый.
– Да и хрен с ним.
Мы выпили еще, потом еще, пока бутылка не опустела.
– А у тебя были за это время женщины?
– Да нет. Времени не было, – соврал я.
Времени было море, а вот с женщинами сплошные проблемы.
– Предупреждаю, я очень ревнивая, – произнесла ночная посетительница смотровой площадки, и приблизилась ко мне на неприличное расстояние. Я, забыв про свое обещание убрать эту женщину из своей жизни, подался навстречу, сократив расстояние между нашими губами до нуля.
После близости на маяке, наши встречи стали ежедневными. Днем моя новая пассия купалась и загорала с сыном, а ночью, когда ребенок засыпал, а ресторан закрывался, мы встречались и наслаждались тем коротким отрезком времени, оставшимся до отъезда Наташи.