Роботы против фей [сборник litres с оптимизированной обложкой]
- Автор: Коллектив авторов, Макгвайр Шеннон
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: АСТ (БЕЗ ПОДПИСКИ)
- ISBN: 978-5-17-105367-3
- Переводчик: Виктор Александрович Миловидов
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Роботы против фей [сборник litres с оптимизированной обложкой]». Краткое содержание книги:
С одной стороны, роботы продолжают оставаться классическим научно-фантастическим явлением в литературе и средствах массовой информации, от рассказов и романов Айзека Азимова до ВАЛЛ-И, от миров Филипа К. Дика до Терминатора.
С другой стороны, феи – обожаемые иконы и бесспорные правители Страны фантазии, от Динь-Динь до Там Лин, от «Настоящей крови» до «Когда-то, давным-давно…». Эти два – народа, явления, феномена? – бесконечно забавные, неоднозначные и сложные. Когда мы противопоставим их друг другу, какая из сторон станет величайшим символом жанра всех времен?
Резко развернувшись, я встала прямо перед Динь-Динь.
– А интересно, – спросила я нарочито беззаботным тоном, – сколько времени им понадобится, чтобы забыть тебя?
Фея вспыхнула гневом. Я же полетела прочь, маневрируя между ветвями ив. Динь-Динь старалась не отставать, но я отлично знала это место, все препоны и закоулки, все ветки, что могли бы зацепить и остановить нас. Увернувшись от их жадных когтей, я взлетела над лесом, прикрыв глаза от внезапно хлынувшего дождя.
И совсем скоро звон колокольчиков позади меня стих.
Конечно, Нетландия в те годы считалась выдумкой, но теперь она стала вполне реальной.
Дж. М. Барри
Найденные Девочки ждали в темноте, окружив трейлер. Когда они поняли, что я вернулась одна, то бросились врассыпную. Те, на ком еще оставалась блестящая пыльца, упорхнули, как птички. Остальные попрыгали в высокую траву, как кролики.
Я бросилась к Клевер и швырнула ее на газон в самом конце стоянки. Она пыталась сопротивляться, но я схватила ее за запястье и вырвала лезвие из ее руки.
Она дралась, пиналась, кусалась и плакала. Я же обхватила ее обеими руками и прижала к своей груди, чтобы она не смогла причинить себе вреда. Клевер попробовала расцарапать мне руки, но я только крепче обняла ее и принялась ждать. Прошли минуты, а может быть, и часы, и, наконец, время уничтожило волшебные свойства сверкающей пыльцы.
– Я хочу летать, – с яростью в голосе прошептала Клевер.
– Я знаю, – ответила я.
Никто из нас уже никогда не полетит.
– Твоя мама попросила найти тебя, – продолжила я. – Они скучают по тебе. Ты их помнишь?
Клевер задрожала и спрятала лицо в изгибе моей руки.
Потом посмотрела на трейлер. Я знаю, где был Питер и кем он стал. Но я не могла туда вернуться. Во всяком случае, пока. Слишком много оставалось родителей, похожих на Гвен Акерман. Слишком много семей, в которых плач не прекращается ни на минуту. Слишком много потерявшихся испуганных девочек, которых ждет трудное возвращение домой.
Новая цель пустила корни и проросла в холодном камне моего сердца. Я не смогу за них совершить их путешествие, но я могу быть их компасом. Я могу им помочь, и я им помогу.
Пока же я сидела, обняв Клевер. Две Найденные Девочки, плачущие на плече друг у друга.
Почему я пишу истории про фей, а не про роботов? Отвечу так. Феи для меня являются отражением и наиболее полным воплощением человечности, дистиллированной до одной-единственной эмоции. Роботы же – воплощение мечты о совершенном тостере или совершенном духовом шкафе. Если исходить из этого, то писать о фее Динь-Динь оказывается предельно просто. Как и в случае с прочими женскими персонажами «Питера и Венди», Дж. Барри в отношении Динь-Динь скорее создал проблемы, чем наметил пути их решения. Динь-Динь у него эгоистична, ревнива, тщеславна, мстительна и даже готова убить того, кто ей не по нраву. Мы знаем, что к концу книги Динь-Динь умирает, а Питер Пэн забывает ее. Но мы-то знаем, что Динь-Динь уже удалось победить смерть, потому что дети верят в фей… Динь-Динь могла бы быть обычной феей, но она еще любит лудить и паять, а кроме того, ее маленький умишко устроен таким образом, что ей страшно интересно, как что работает. И она знает, как можно победить смерть. Именно отсюда тянется росток «Второго поворота налево…»: Динь-Динь с чертами феи из старых сказок, могучая и почитаемая. Которая одновременно может быть и безжалостной негодницей. Персонаж, чья природа позволяет нам исследовать нашу собственную человечность, по одной обнаженной эмоции за один раз.
Леви Тидхар
Похороненный гигант[12]
Когда мне было шесть лет от роду, моим лучшим другом был Моугай Хан, старший сын Эйслинн Хан. Он был тощим, но жилистым крохой – сплошные «иголки крапивы да колючки чертополоха», как говорила старая бабушка Мош, – а глаза его сияли, как черная смородина ранней осенью.
Когда Моугай был совсем маленьким, Ханы предприняли долгое трудное путешествие через Проклятые равнины в Тир, и в этом поселении моему другу сделали композитный экзоскелет, благодаря которому он получил возможность ходить, хотя и в весьма своеобразной манере. Долгими летними днями, которые, как нам казалось, длились целую вечность, мы с Моугаем странствовали по Территории, рвали возле реки черную смородину, вылущивали сосновые орехи из упавших шишек и часами обсуждали достоинства и недостатки принадлежащих Элдеру Симеону сложных автоматов. Еще мы пытались ловить в реке рыбу – увы, напрасная затея.
12
© Lavie Tidhar, 2018.