Революция 1917 года глазами современников. Том 3 (Октябрь 1917 г. - январь 1918 г.) [FineReader 14]

Вы, меньшевики, достаточно долго доверяли правительству и успели потерять доверие народа. Какие же пути к миру есть у меньшевиков? Нас утешали поездкой Скобелева в Париж. Жалкие иллюзии! Уже вся союзная печать высмеяла Скобелева с его наказом. Вопрос о Парижской конференции снят, и эта последняя соломинка, которую они бросили армии, сорвалась. Если большевики готовятся к решительной борьбе за власть Советов, то, значит, у них есть свой путь, они предлагают революционное решение вопроса. Но меньшевики ведь ничего не делают и не указывают никакого выхода из трагического положения. В результате своего бездействия и прислужничества меньшевики потеряли всякое доверие рабочих и солдат. А в то же время все представители окопной армии говорят и чувствуют, как наш Совет.

Мы и посылаем нашу делегацию на фронт, чтобы солдаты поняли нас, мы им скажем, что мы не «предатели», а их истинные друзья, ибо для спасения страны мы вместе с ними хотим положить конец проклятой бойне.

Тов. Троцкий, переходя к характеристике погромного движения, говорит: погромное движение, если глядеть на него снизу, а не сверху, есть движение отчаявшихся масс, и притом самой несознательной, самой темной их части. Приехавший из деревни чернорабочий, простаивая часы в «хвостах», проникается, естественно, ненавистью к тем, кто лучше одет и богаче его, так как богач достает, платя вдвое и втрое, все продукты без карточек. Ненависть переносится затем и на тех, кто образованнее его, кто говорит на другом языке, кто иначе верит, чем он и т. д. Мы понимаем их темную ненависть и ее причины и относимся к ним иначе, чем буржуазная сволочь, которая хочет их расстреливать при первой возможности. Если бы революционная власть, т. е. власть Совета, покарала всех мародеров, то самые темные погромщики доказали бы 168, что Советы - их подлинный друг, ибо они заботятся о более честном распределении средств продовольствия. Вот подлинная борьба с погромной опасностью, которую мещанские болтуны хотят устранить путем заклинаний. Здесь выдвигали против нас и нашей политики Всероссийский Исполнительный Комитет крестьянских депутатов, который против съезда Советов. А мы разве не знаем, что этот авксентьевский комитет своей политикой породил крестьянское восстание? Если Всероссийские крестьянские комитеты против нас, то они и против тех крестьян, которым в течение 7 месяцев морочили голову и которые теперь восстали. Когда у нас выбор: за кого мы - за Авксентьева или за беднейших восстающих крестьян, то мы должны сказать, что мы с ними, против авксентьевского Совета.