Знакомство [СИ]

– Маша, хочу предупредить…

– Серёжа, – перебила я, – ты обещал познакомить меня с твоей Москвой, – скорчив виноватую гримаску, я улыбнулась, поднялась на цыпочки и поцеловала его в щёку. – Предлагаю быстрее позавтракать и отправиться на первую экскурсию.

И я начала сервировать стол, а Маша начала его накрывать. На посуду, в которой она подавала завтрак, я старалась не смотреть. Одно блюдо, взятое ею для сырной нарезки, я всё же перехватила и, возвращая его ей в руки, указала кивком головы на мойку. Она уставилась на него, словно не понимая, что это такое, и безмолвно отправила в раковину. Наконец, Маша пропела:

– Садись, Сергей Михалыч, чего окна рассматривать? Приятного аппетита! И вы, – она взглянула на меня, – садитесь… кушайте!

– А вы, Мария Васильевна?

– Я? – она растерянно посмотрела на тарелку и приборы, которые я поставила и положила для неё. – Неет, – протянула она и махнула рукой, – я завтракала уже. Время-то позднее.

– Ну, тогда посидите с нами, составьте компанию.

Маша подумала и выдвинула для себя стул. Сесть не успела, всплеснула руками, вспомнив о чём-то, и побежала к шкафу. Я посмотрела на замызганную сахарницу, которую, вернувшись, она водрузила на стол и отвела глаза.

Подперев рукою подбородок, Маша умильно наблюдала, как мы едим. Когда тарелка Сергея пустела, она чуть-чуть придвигала к нему блюдо, предлагая взять ещё. То же она проделывала и со мной.

– Очень вкусно! – нахвалила я абсолютно искренне, – моя мама печёт вкусные блины, но ваши, Мария Васильевна, вкуснее. Ела б и ела, но… я сыта.

– Как же? – обиженно изумилась она. – А мясные-то вы даже не пробовали! – и двинула блюдо ко мне.

Я засмеялась.

– Благодарю, Мария Васильевна, когда есть выбор между мясом и не мясом, я выбираю не мясо. Благодарю, что предоставили выбор.

– А вы что, мясо не едите?

– Почему же? Ем. И даже иногда люблю.

– Маша, кофе готов? – впервые за время завтрака подал голос Серёжа.

На этот раз Маша и вовсе расстроилась.

– И ты тоже, Сергей Михалыч, что ли, наелся? Ничего и не поел. – Вставая за кофейником, она метнула обвиняющий взгляд в меня. – То-то я смотрю, похудел совсем. А ты вона чего, есть отказался. Я готовила, старалась… – Она налила Серёже кофе и двинулась с кофейником ко мне.

– Спасибо, Мария Васильевна, я кофе не пью.

Терпение Маши достигло предела, она медленно подняла на меня глаза и едва слышно спросила:

– А что… пьёте?

Вопрос напрашивался на шутливый ответ, но шутить я не посмела:

– Спасибо, ничего не нужно.

Очень медленно Маша поставила кофейник на стол и отошла. А ведь она, и правда, расстроилась – и оттого, что мы, по её мнению, мало съели, и оттого, что не сумела угодить. Нарочито для неё я спросила:

– Серёжа, обедать мы будем дома?

Спина Маши напряглась в ожидании ответа. Дальше я обратилась уже к ней и совершила промах:

– Мария Васильевна, вы успеете приготовить обед?

Маша тотчас вскипела энтузиазмом, но ответила не мне, а Сергею:

– Конечно, успею! Рыбку приготовлю. Сейчас Васю отправлю за рыбой, ты, Сергей Михалыч, знаешь, Вася умеет рыбу выбирать, – и она укоризненно покачала головой, – понапрасну обижаешь меня, Сергей Михалыч, когда это Маша с обедом не успевала?