Разрыв не по шаблону
- Автор: Шатохина Тамара
- Серия: Мужские измены #4
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Разрыв не по шаблону». Краткое содержание книги:
Здесь у нас история главной героини и еще двух женщин.
В дверь позвонили, и я открыла, не спрашивая — как привыкла уже. И замерла в ступоре, отказываясь верить собственным глазам — на лестничной площадке стоял Адиль… Не в белоснежной кандуре до пят, как я привыкла его помнить, а в самых обыкновенных светлых брюках и белом поло с длинным рукавом. Стоял и молчал… Как призрак или видение, ей-богу! Наверное, что-то такое нарисовалось на моем лице, потому что видение развело руками… мол, что поделать? Это, и вправду — я.
Я закрыла рот, а он вежливо и немного напряженно улыбнулся и поздоровался:
— Мархаба, Ксения. Пустишь гостя в дом?
— Ух ты… — только и смогла ответить я, делая шаг назад, в глубину прихожей. Будто только сообразила, что восточный принц Адиль… красавец писаный стоял на собственных ногах крепко и прочно… или не совсем собственных, но сейчас важно было не это. Он легко шагнул следом за мной и вошел в квартиру. От того, что одет был по-европейски, конечно, терял — ту самую сказочность, что ли? И все равно — диво дивное из земель арабских…
— Мархаба, Адиль, — поздоровалась я с опозданием, — очень рада видеть тебя. Глазам своим не верю… И как ты здесь оказался?
— Ты же сказала тогда — брат. Я узнал — у тебя родился сын, но мой подарок — он тебе. По другому случаю, это благодарность, — говорил он короткими законченными предложениями, старательно подбирая слова: — За то, что помогла с решением. Я долго готовил слова… но большую благодарность трудно передать словами. Можно, я просто положу на стол?
— Да-да, — растерялась я, — Господи! Да входи ты, присаживайся. Или умоешься с дороги? Жарко… Где ты остановился, на сколько к нам? Можешь жить прямо здесь, у нас есть место, квартира большая.
— Не суетись, просто покажи, как живешь, покажи сына и твою дочку. Тогда я был виноват… но катать на такой коляске — плохая примета, — внимательно оглядывался он, проходя по комнатам и лицо его потихоньку мрачнело. Я тоже незаметно осмотрелась — нормальная рабочая обстановка. Правда, специально прямо перед этим я не убиралась и что-то, конечно, разбросано — на диване раскинута пеленка и огромная пачка памперсов лежит возле него на полу. Бутылочка с водой и пустышка — на стуле, мой уличный сарафан, который я только успела сменить на легкий домашний халатик небрежно брошен на спинку кресла… И я не собиралась мельтешить и срочно убирать все это — идеальный порядок с маленьким ребенком на руках, это утопия. Появятся свои — поймет.
— Адиль… — мяла я в руках кухонное полотенце, когда уже показала ему квартиру, познакомила с Левушкой и даже скромно покормила обедом и напоила кофе по-арабски: — Ты прости, пожалуйста, меня за те слова… я не ожидала, что ты случайно услышишь их. Извини, я была неправа — очень.
Он сидел и невозмутимо смотрел на меня, принимая извинения. Удивительный парень — успела подумать я, насколько же он все-таки… иной. И вздрогнула, потому что он вдруг выдал, свирепо скрипнув зубами:
— Да! Ты неправа — наши мужчины не хуже, а лучше ваших! Ни один из них не оставил бы наследника своей крови и рода, свое продолжение… вот так, — обвел он руками окружающее нас пространство.
— А что тут? — удивилась я. Ни спорить с ним, ни доказывать что-то сейчас не хотелось. Да я даже толком не отошла еще от его неожиданного появления!
— Твой муж — хинзир, арса! Он… осел! И никто не заставит меня думать по-другому. Мало чести… нет — мало… другого, — заглянув в мои глаза, он обреченно прикрыл веки, пытаясь найти в памяти нужное слово.
А я нечаянно любовалась всем этим — взмахом ресниц, движением губ, складочкой между грозно сдвинутыми бровями… Чистая отрава, а не парень! Противопоказано даже просто любование — трудно взгляд отвести. И опять вопрос — «и кому такая красота достанется»? Я хмыкнула про себя, отмерла и постаралась помочь ему выразить мысль, потому что, кажется, поняла:
— Достоинство не в том, чтобы…?
— Главное! Главное достоинство не в том, чтобы делать для себя — встать на ноги, быть сильным, — подхватил он с чувством, — главное — делать то, что должен, даже если этого не хочешь или трудно. Оставить своего ребенка… сына — великий стыд и бесчестье. Ты зря порочила наших мужчин, Ксения, — строго подвел он итог своей речи.
— Я прошу прощения, если ты понял это так… если прозвучало так… — давилась я своим личным великим стыдом. Подробно разъяснять причины того моего возмущения, упоминая его проституток и мою жалость и яростное желание счастья для него, было бы еще более неловко. Да и поздно уже — он столько времени варился во всем этом…: