Лекарь-воин, или одна душа, два тела (СИ)
- Автор: Nicols Nicolson
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Лекарь-воин, или одна душа, два тела (СИ)». Краткое содержание книги:
— Отчеты в Рим пишет некий епископ Пауль, — покачал я головой.
— И не только он, у церкви много помощников.
— Ульрих, давайте начистоту. Что вы от меня хотите?
— Я обязан доставить вас в Рим.
— Меня в чем-то обвиняют? Вы меня арестуете?
— Нет, но очень влиятельные лица очень хотят с вами встретиться. Если бы вас обвиняли в ереси или еще в чем-то, тогда бы за вами приехала группа кардиналов и полусотня швейцарских солдат.
— Кто-то болен?
— Я не располагаю такими сведениями. Мне приказано со всем уважением доставить вас в Рим, обеспечив безопасность в пути.
— Дороги стали такими опасными?
— Даже в пригородах Рима случаются нападения разбойников на торговые обозы и на малые отряды солдат.
— Понятно. Обнаглели разбойнички, креста на них нету. Сколько у меня есть времени на сборы?
— Я вас не тороплю, возьмите все необходимое в дорогу. Подозреваю, что понадобятся также ваши инструменты и снадобья. О транспорте не беспокойтесь, у нас достаточное количество повозок и верховых лошадей.
— Ладно, располагайтесь пока в этом кабинете, а я займусь сборами, мне еще хозяйку лечебницы нужно предупредить.
Верону покидал после плотного завтрака, компанию мне и Элизе составил Ульрих. На прощание Элиза просила возвращаться поскорей, ей будет очень одиноко в большом доме, и она уже привыкла спать в моих объятьях.
Земли Венецианской республики прошли без проблем. Никаких тебе таможен и паспортного контроля. Только на главной дороге, у границы республики, патруль из десяти наемников пожелал нам счастливого пути.
А спустя два дня Ульрих приказал двум десяткам своих солдат одеть кольчуги, зарядить ружья и пистоли. По словам Ульриха, мы приближаемся к местам, где очень неспокойно, и вполне возможно нападение. Ох уж этот пророк в лице Ульриха, наверное, накликал беду. Напали на нас в ложбине между холмами. Нападающие почти залпом выстрелили в нас из пистолей, и с саблями наголо, бросились в атаку. Самое неприятное, пуля разбойника угодила в голову моей лошади. Я успел среагировать, и не оказался придавленным тушей бьющегося в агонии животного. Пешему бойцу против конного сражаться трудно, копья у меня нет, но зато есть два пистоля за поясом. Поочередно ими воспользовался. Свалил одного разбойника и одну лошадь, а подкатившемуся ко мне седоку снес голову. Потом кинулся в гущу сражающихся — по моим прикидкам, нападающих было больше нас. Рубил спины разбойникам, вскрывал брюхо лошадям, подрубал им ноги, старался нанести максимальный ущерб.
Внезапно на меня с лошади прыгнул рослый детина, крепко сжимая в руке саблю, и вопя на неизвестном языке. Я пригнулся, и пропустил прыгуна над собой, взмахнув в его направлении саблей, не достал. Разбойник сгруппировался, умело перекатился по земле, и через мгновение стал наносить сильные и быстрые сабельные удары. Я стал понемногу отступать, постоянно оглядываясь, чтобы не споткнуться о трупы людей и лошадей, биться в тесноте я не люблю. Разбойник, видя мое отступление, стал улыбаться, вовсю ширь своей бородатой морды, и усилил натиск. Искры, от соприкосновения сабель, летели во все стороны, и я уже смог убедиться, что противник достался мне, сильный и умелый. Но и я кое-чего могу, не зря Герасим меня тренировал. Подловил разбойника на ложном замахе, и когда он чуточку приоткрылся, загнал острие сабли под подбородок. Клинок выпал из рук разбойника, он схватился за развороченную рану, пытаясь остановить кровь. Зря тратил время, жить ему осталось всего пара секунд. Не стал отвлекаться на убитого, бой еще не закончен, и если меня не обманывают глаза, то потери мы понесли существенные. Подбежав к моей убитой лошади, выхватил из чехла ружье, и выстрелил в разбойника, наседавшего на Ульриха. Потом рубился только саблей, некогда было заряжать пистоли и ружье — надо бы внести предложение по усовершенствованию оружия, внедрить патроны, обоймы-магазины. В общем, приблизить местное оружие к подобию оружия моей родной Земли. Понимаю, что это сложная затея, но, может быть, когда-нибудь…. В какой-то момент, живые разбойники, вышли из общей схватки, и нахлестывая лошадей, скрылись за ближайшим холмом. Я насчитал семерых.
На лошади остался сидеть только Ульрих, остальные солдаты его отряда спешились, либо были убиты.
Прошелся по полю боя, останавливался возле каждого тела, определяя возможность оказания помощи. Моих сопровождающих, которым можно помочь, нашел пятерых, остальные расстались с жизнью. С разбойниками разбирался Ульрих, он просто добивал раненых, и не удивительно, из его отряда на ногах остались только четверо.
Таскать раненых никуда не стал, оказывал помощь там, где обнаружил. Понимаю, грязь, антисанитария, но в полевых условиях, что-то лучшее придумать невозможно, все утомлены боем. Один из наших раненых, не дождался помощи, отдал Богу душу, поторопился он, я хотел попрактиковаться в операции с проникающим ранением груди. Затем осмотрел всех остальных. Ничего серьезного, гематомы и пара рассечений, которые заштопал. Ульрих отделался касательным ранением в бедро, пуля только кожу порвала, правда, крови натекло порядочно. Обработав рану, перевязал.
Подвели итог. Я один оказался цел и невредим, остальные с отметинами. Из двух десятков солдат, выжили всего восемь, с учетом Ульриха. Разбойников набили двадцать семь. Нам повезло, что это не профессиональные наемники, ставшие на путь разбоя. В противном случае, мы бы однозначно все полегли. До позднего вечера хоронили убитых, ловили разбежавшихся лошадей, собирали трофеи. Надо сказать, что наши возницы тоже не уцелели, всех разбойники убили. Теперь надо думать, как управлять шестью возками, обеспечив себя передовым и тыловым дозором. Бросать возки мне не хотелось, мы у разбойников разжились неплохим арсеналом оружия, его можно продать за хорошие деньги.
— Завтра, Васент, если нам поможет Господь, доберемся в Рим, остался один дневной переход, — проинформировал Ульрих, когда мы устраивались на ночь.
Возы поставили в круг, связали колеса, а внутри нашего укрепления развели небольшой костерок, готовили похлебку. На таком способе обустройства лагеря настоял я — видел, как это успешно использовали казаки. Я не вмешивался в дела Ульриха, он здесь старший, мне, как простому лекарю хватало забот о раненых. Их состояние не вызывало у меня опасений, но не давала покоя мысль о словах Ульриха о нападениях в пригородах Рима. Очень не хотелось нарваться на неприятности. Ночью дежурили по очереди. Мне досталось время перед рассветом, самое неудобное время, организм человека еще не проснулся окончательно, и видимость не ахти какая.
На грани слышимости, до моих ушей донеслось позвякивание металла. На открытой территории железу взяться негде, однозначно эти звуки производит человек. Тихо поднял Ульриха, а он разбудил всех остальных. Заряженного оружия у нас было в избытке, по пять-шесть пистолей и по ружью у каждого. Даже раненым выдали по пистолю на всякий случай. Заметил приближение нескольких размытых в предрассветных сумерках теней. До них метров десять, не больше. Выпалил из пистоля, а потом все живые и раненые стали стрелять. Грохот стоял неимоверный, дымом заволокло весь наш лагерь, и нападающих не видно, но слышны были вопли и стоны, поэтому мы палили на звуки.
Когда я отстрелял все заряды, взялся за саблю и ползком под возком, выбрался наружу. Хотел обойти нападавших с фланга. Ночных визитеров было немного, примерно десяток, остальные уже валялись подстреленные. Кидаться на численно превосходящего противника я не стал, взялся за метательные ножи. Днем сразить противника ножом для меня не составляет проблем, а ночь, есть ночь, метал ножи в силуэты, надеясь попасть. Из пяти, три нашли свои цели, я слышал крики.
Зайти с фланга не удалось, я проскочил мимо. Зато зашел с тыла, и молча напал, сразив поочередно двух бандитов с ходу. Была, конечно, опасность, что Ульрих с солдатами могут случайно пальнуть в меня, но, полагал, у них заряженное оружие тоже кончилось.
На меня навалились трое противников, но саблями размахивали бестолково, понял, что с оружием они не сильно дружат. Хоть и не дружат, но дырок во мне могут наделать прилично, поэтому ускорился, как учил Герасим, и сократил поголовье бандитов, оставил одного, которому подрубил ногу. Со стороны укрепления доносился звон оружия, значит, там еще есть живые мои спутники. Поспешил им на помощь. Правда, по пути приколол троих раненых, чтобы они не создавали неразберихи. Подоспел вовремя, Ульрих, весь в крови отбивался от троих наседавших бандитов. Они так увлеклись, что мое появление прозевали. Не оставил я им шанса, без затей проткнул двоих саблей, третьего прикончил Ульрих.