![Удивительные истории о бабушках и дедушках [антология] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/5/9/5/7/udivitelnye-istorii-o-babushkah-i-dedushkah-antologiya-download.jpg)
Удивительные истории о бабушках и дедушках [антология]
- Автор: Эшли Марина, Лисицкий Валерий
- Серия: Антология современной прозы #2020
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-132588-6
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Удивительные истории о бабушках и дедушках [антология]». Краткое содержание книги:
Все истории разные, но их объединяет одно — все они о бабушках и дедушках. Смешных, грустных, по-детски наивных и удивительно мудрых. Главное — о любимых.
О том, как признаются в любви при помощи классиков, как спасают отчаявшихся людей самыми ужасными в мире стихами, как с помощью дверей попадают в другие миры и как дожидаются внуков в старой заброшенной квартире.
Удивительные истории. О бабушках и дедушках.
Июньским вечером они с сыном вспоминали мать, детство.
— А что, сынок, хорошую жизнь мы с матерью прожили. Об одном жалею, что мало ей времени уделял. Она прекрасным человеком была. Мудрая женщина, красивая. Так мне повезло. Я матери все обещал на курорт вместе. Так и не поехали никуда. Без меня не хотела.
Вечером, укладываясь спать, Тимофеич смотрел на портрет, который возил с собой. «Прости, Аннушка, не дал я тебе, сколько заслуживаешь. Прости, родная. Буду жить дальше с мыслями о тебе».
Ночью он умер во сне, ровно через четыре месяца после того, как позвал Смерть.
Елена Темнова
Лев в кустах
Это случилось к концу первого курса, когда я все-таки свыкся с мыслью, что некоторым людям все же больше нравится, когда я отдаю им честь, чем когда этого не делаю. Я вдруг осознал, что моя юношеская уверенность в глупости взрослых постепенно проходит, и людям молодым, таким, каким сейчас стал мой сын, стоит поразмыслить насчет мудрости, переходящей от поколения к поколению. А произошло это весной, и если вы уж так хотите знать точно — в мае (это для тех, кто решит проверить некоторые факты). Наше артиллерийское училище, куда меня, по словам мамы, «с трудом затолкнули», было невероятно престижным, для меня же весь его престиж сводился к местонахождению на окраине города — в одной остановке от дома бабушки.
И вот в очередной раз, махнув через забор вместо пробежки, я, грубо говоря, отправился в самоволку (мягко говоря — завтракать к бабушке перед завтраком в училище). Уж не знаю почему, наверное, из-за интенсивного роста моего еще юного организма (хотя, как было отмечено несколькими экспертами, вежливо назвавшими меня «мешок с костями», рост того самого организма не проявлялся ни в сантиметрах, ни в килограммах), но есть я тогда хотел все время, не отведенное для сна. Не думаю, что за прошедшие годы что-то изменилось, но сейчас я все же стараюсь сдерживать свой гастрономический пыл в силу тех обстоятельств, что холестерин есть холестерин, а живот меня не красит. В те же времена о таких глупостях никто не задумывался, особенно бабушка с дедушкой, что жили в деревянном доме с большой треугольной крышей сверху и глубоким прохладным погребом, где хранили соленья, внизу. Они встречали меня исключительно блинами, пирогами, жареной картошкой и надеждой запихнуть в меня все это в больших количествах.
Солнце только встало, в воздухе улавливалась утренняя свежесть густых лесов, что в большом количестве произрастали на Уктусе, на траве еще лежала роса, и я довольно быстрым шагом свернул в переулок за троллейбусной остановкой, предвкушая завтрак. Дед мой был человеком мягким и курил самокрутку, бабушка какой была, такой и осталась — обстоятельной и деловитой. Когда я пришел, она обстоятельно осматривала огород.
— Никита пришел! — всплеснула она руками. Они никогда не знали точно, удастся ли мне осчастливить их своим появлением или нет, потому элемент интриги всегда оставался неотъемлемой частью моей натуры. — Похудел-то как!
Уж не знаю, как я сумел похудеть за два дня, но, видимо, тогда у меня это получалось в два счета.
— Все это из-за радивации, — деловито говорила она, попутно крича деду ставить чайник. — Ох, и не знаю, как это родители тебя отпустили воевать! — ворчала она, жаря желтые, как солнце, и горячие, как сердце пионера, блины.
— Бабушка, — объяснял я ей в который раз, — не воевать, а служить. Да даже просто учиться. Потом буду офицером…
— Ну вот я и говорю — и поедешь воевать.
— Ну с кем? Нам уже и воевать-то не с кем.
— Вот увидишь, будет война.
Она любила делать вид, будто бы знает гораздо больше, чем нам, простым смертным, кажется. Дед только подмигивал, мол, знаем-знаем про ваши связи в высших инстанциях. Дело в том, что вот уже несколько лет бабушка вела активную переписку с Кремлем. Сначала с Горбачевым, а потом и с Ельциным. Но, несмотря на то что она всегда получала конверты с благодарностью в ответ на свои излияния, правительство было виновато во всем, даже в затянувшемся дожде, если такой имелся. На ехидные выдумки соседок, мол, «это секретари пишут» — она возражала: «А это чья подпись тут внизу стоит? Борьки!» Вот и все — разговор короткий. И все они якобы там у нее под каблуком сидят, как и дед Миша, который будто там и родился.
Дед только улыбался своей светлой мягкой улыбкой и любовно смотрел на жену — говорят, в молодости она была очень хороша. Кто ж знает, может, он до сих пор видит ее ясноокой и русоволосой? Такую можно и не слушать, просто смотреть.