Ката - дочь конунга
- Автор: Степанова Мария
- Год: 2020
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Ката - дочь конунга». Краткое содержание книги:
Маша прижималась к мужу, стараясь хоть так избавить его от тяжести воспоминаний.
— Я думал, что радость воинских побед утолит эту боль, но я ошибался, потому что каждый раз шел на врага с твоим именем на устах. Наверное, это ты спасала меня каждый раз. Тогда я решил изгнать тебя именем другой женщины и взял в жены Анну. Она была доброй и учтивой, покорной, как все женщины. Да, покорность и желание следовать за мужем это добродетель, но не того я искал. Как все женщины, она все понимала, хотя и не задавала вопросов. Я был верен жене, она заслуживала уважение. И любил ее. По-другому, но любил.
Он еще много чего говорил, а выговорившись, уснул, прижимая ее к себе. Это было трогательно, и Маше хотелось приласкать его, как иногда она ласкала малыша Богдана, который тоже считал, что мужчинам негоже плакать из-за боли.
Кстати, мальчишка приносил все больше радости. В дни, когда она была свободна, Маша любила найти паренька и провести с ним время. Хотя, теперь он был очень занят, и таких спокойных минут у них было немного. Окончательно сблизившись с Ратибором, Богдан стал верным его последователем, и молодой вельможа, с подачи отца, представил сына князю. Может и были те, кто воротил нос от присутствия рядом сына служанки, но князь Изяслав не видел в этом ничего предосудительного, ведь его великий дед, князь Владимир тоже был сыном рабыни, и это не помешало ему стать великим воином. Богдана взяли в отроки, и теперь он постоянно пропадал в дружине, рядом с сыновьями самого князя. Но, в свободное от службы время мальчик не изменял своему пристрастию к рисованию. Он извел огромное количество ткани, отчего ключница, женщина суровая и прижимистая, ворчала в людской, жалуясь, что боярич оставит их без портков из-за страсти к малеванию, как она это называла. Но Маше рисунки мальчика очень нравились, некоторые она велела затянуть в рамы и повесила у себя в покоях, любуясь незамысловатыми мазками юного художника. Основной темой рисунков Богдана были, конечно, птицы, которых он знал великое множество, но однажды, стесняясь, он поднес Маше подарок, которого она не ждала. Завернутый в холстину предмет был похож на кусок бересты, обрезанный в виде круга, а когда она перевернула его, то увидела себя. Это был самый настоящий портрет, выполненный в неизвестной ей технике. Судя по всему, Богдан сначала нацарапал рисунок на бересте, а потом пигментировал его черной краской. Пальцы умельца до сих пор не отмылись, но выглядел он весьма гордым собой.
— Как красиво! — Маша прижала портрет к груди, — ты настоящий художник!
Конечно, он не знал слова "художник", но похвала была ему приятна. И вообще, Маша заметила, что Богдан из круглощекого малыша превращался в хорошего справного мальчишку. Ему минуло уже семь лет, он вытягивался, и обещал стать таким же рослым, как его дед.
Свадьба была в месяце зареве, когда уже поспели румяные яблоки, бортники собрали мед, а закаты стали отливать особенной краснотой, предвосхищающей осень. Это было что-то грандиозное, все остальные пиры, которые видела Маша, по сравнению с этим были жалким перекусом. Пир длился пять дней, и все это время поток людей не иссякал. Столы ломились от кушаний, напитки, хмельные и обычные, лились рекой. Преимуществом двойной свадьбы было то, что за эти дни Маша перезнакомилась со всеми знатными жителями Новгорода. Невеста Ратибора, миловидная девчушка с певучим именем Улиана, происходила из многочисленной семьи, и все они были на свадьбе. Доброжир, отец Улианы, довольный и чересчур хмельной, пытался было попенять Светозару, что побрезговал его дочкой, и взял в жены девицу, о рроде которой в городе никто не знал, но Светозару нужно было только чуть свести темные брови, чтобы подвыпивший боярин осознал глупость сказанного и удалился на почетное место родителей невесты, где его тут же принялась отчитывать полушепотом молодая супруга. Доброжир лениво отбрехивался. Маше этот мужчина казался смутно знакомым, и она все пыталась понять, где же она видела этого толстого лысеющего человека. И вдруг воспоминание пришло само. Это же тот самый Доброжир, который, возжелав гостью княжеской воспитанницы, приказал двум своим людям силой притащить ее к нему на ложе!
Маша присмотрелась — ну точно, он! Он и тогда выглядел не совсем свежим, виной тому бесконечное пьянство, а сейчас это был просто толстый обрюзгший старик, выглядящий на фоне молодой жены еще старше, чем он был. Маша понадеялась, что Доброжир кроме внешности пропил еще и память, и не вспомнит ее.