Усердная жадность
- Автор: Мамбурин Харитон Байконурович
- Серия: Семь ломтиков хаоса #3
- Язык: русский
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Усердная жадность». Краткое содержание книги:
— Тогда хочу предложить вам вот это! — прощебетала портниха, выволакивая откуда-то толстый рулон ткани, — Для самых сложных битв!
Глаза Тами загорелись — ткань была очень близка по цвету к её коже. Саяка издала глухой стон зависти и обиды, а затем принялась методично биться лбом о мое плечо, пока рыжая трясла мошной, совершая оптовые закупки ткани, обреченной превратиться в чужие боль и страдания.
— А, вот вы где! — звеня золотом под легкой и сильно развевающейся накидкой, в храм шмоток и иголок ворвалась Царица, улыбающаяся всем ртом и даже глазами, — А я…!!
Договорить она не успела, будучи отправлена в полёт мощным напористым толчком сзади. Появившееся стремление гоблинши расшибиться о мою нагрудную броню в лихом полёте было прервано достаточно мягкой амортизации Саякой, поэтому я, поймав весь коллектив в относительном здравии, смог устремить свой взгляд на запыхавшуюся Самару Такаули, которая выглядела так, как будто единолично привезла в Нижний город из Аустоламба целую телегу баб.
— …, - тяжело дыша, делала Самара большие и отчаянные глаза, — …!!!
— Я сейчас кого-то убью…, - тяжело пыхтела Катарра, прижатая моими пальцами где попало.
— Отпустите…меня…, - умирала Саяка, расплющенная щекой по нагруднику.
Я разжал руки, отпуская зеленую на волю. Та аж в полете извернулась, чтобы как можно быстрее впериться своим обрекающим на смерть взглядом в того, кто её отвесил столь мощный удар под зад, но, увидев кентаврицу, застыла с сакраментальным «Самара-тян?» вопросом. Куноичи продолжала стоять и трястись с шокированным видом, Тами шатала слегка впавшую в прострацию портниху (не каждый день у тебя в лавке местной заправиле дают пинка под жопу с лошадиной силой), а я философски пожал плечами, прислоняясь к косяку и отлепляя от себя мудрицу. Опыт общения с кентаврицей диктовал, что если на неё начать давить, то она в итоге отморозится еще сильнее.
Впрочем, у Царицы такого опыта было куда больше. Подойдя к пинательнице, гоблинша вскочила той на круп, а затем начала наглаживать Самару по голове, что-то успокаивающе бормоча. Через какой-то десяток секунд девушка «включилась» назад, добыла из инвентаря здоровенный лист бумаги, мухой его исчеркала, а затем вздёрнула над головой.
«Полицейский рейд в городе!!!»
— Я тебе клизму из водки сделаю!! — не сдержавшись, рявкнул я, — Нашла, когда молчать!!
— Не ори на мою подругу! — вызверилась Царица, продолжающая гладить кентаврицу, — Она не разговаривает с рождения!
— Пока не выпьет нормально!
— Что?!
— Что?
— Самара, ты пьешь?! — сделала большие страшные глаза гоблинша, насильно поворачивая голову кентаврице назад. Затем, помотав головой, царица местного криминала сформулировала куда более важный вопрос, — Ты разговариваешь?!!
Парнокопытная молча тряслась.
— Потом разберемся! — гаркнула Саяка, забирая груду рулонов у портнихи и пихая их гноме, — Шухер! Малину накрыли! Сваливаем!
Опередила.
Драпали все вместе — я, Саяка, Тами, Катарра, Самара и… портниха, продолжающая пребывать безымянной. Тихо, скромно, по закоулочкам, слыша знакомые до боли в деснах повелительные крики представителей закона и непричемные вопли воров, убийц, бандитов, жуликов и прочих девушек легкого поведения. Точнее, между нами и грязными закоулочками была тонкая перегородка фанерки, которая с помощью грязи, фантазии и магии, выглядела как самая настоящая стена. Нижний город по бурчанию портнихи, был сплошь испещрен тайными ходами, но этот определенно был совсем секретным и ей неизвестным, что девушку немало уязвляло. Проход был достаточно широк, чтобы туда поместилась даже Самара, имеющая на своей спине тихо переговаривающуюся по магикону Царицу.
Судя по тому, что я слышал, сюда нагнали едва ли не половину всей полиции Аустоламба. Крики, шум, вопли. «Не оказывайте сопротивление!», «Это обыск!», «Руки вверх!»…, ну и прочая тягомотина.
Проскочив пару развилок, а затем спустившись по пологому спуску метров на пять ниже уровня домов, мы, ведомые Царицей, свалились в небольшую пыльную комнатку, куда явно никто лет десять не заглядывал.